В Четвёртом томе Наследника пепла мы возвращаемся к брату и сестре, которых теперь приходится усердно защищать от сил земли. С каждым днём их опасности только растут, заставляя героев неотступно следить за ними и находить новые пути выжить в этом мире, где живут легенды и чудовища....
Похоже, «Наследник пепла. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Мне тогда привиделось, что я прожил другу жизнь на Стене… под клятвой, как и вы, только не в качестве военного, а в качестве каторжника, потеряв всю семью, и напоследок зажарив несколько легионов демонов. В памяти все перемешалось, но многие знания и умения из того сна у меня остались и пригодились в Коктау. Я не знаю как к этому относиться, но знаю, что сделаю всё, чтобы моя семья выжила.
— Жить в собственном доме и не знать, что происходит под его крышей, сродни изощренному проклятью… — выругался отец. — Креслав знает больше, чем я?
— Нет, — успокоил я отца, — он вводит меня в курс межклановой политики, чтобы я не вляпался по незнанию в столице во что-нибудь.
Кажется, отец немного примирился с положением вещей, и я поспешил перевести его мысли немного в иное русло.
— А почему мы не знали, что Аркви наш двоюродный прадед или прапрадед?
Отец впечатлялся.
— Кхм… Я знал, что он приходится нам дальней роднёй.
— Он единокровный брат Арена Адени…
— А вот этот вариант фамилии лучше не произносить! — оборвал меня отец, чем несказанно меня порадовал. Хотя бы об этой части истории рода он был в курсе.
— Но почему при семье он был конюхом?
Я действительно не понимал, почему за безусловную преданность Аркви его не приблизили к семье. Если бы мы знали, мы бы относились к нему с большим почтением, как он того и заслуживал.
"— Тому есть несколько причин. Первая — он сам так решил. Потеря сюзерена по нему больно ударила, хоть он и не показывал того. Он замкнулся в себе и общался с людьми по минимуму, находя отраду в сбережении породы тохарских скакунов. Вторая — никто не обращает внимания на слуг. Поколения менялись, но ни у кого не возникло вопросов, что конюхом у Аденов служит старик. Из очищенных огнём он остался один. Представь, как бы сильно он выделялся сроком своей жизни, будь он одним из нас по статусу? А так старый верный слуга семьи.
Резоны отца я принимал, но всё же мне было обидно за деда, потерявшего семью дважды: один раз принудительно в лице брата и второй — добровольно в лице его семьи.
— На проверке менталиста ты говорил о друге… он сможет поставить нам защиту?
Что мне всегда нравилось в отце, это отсутствие рефлексии. Принимая исходные данные, он учитывал все варианты и прорабатывал вероятные пути решения проблемы.
— Надеюсь, но это будет не скоро.
