Автор
В здании больницы, где главный герой — врач-психиатр, бурлят разнородные страсти: крики пациентов, скандалы между медперсоналом. Наследник погибшего брата, он теперь единственный шанс на спасение от депрессии и самоубийства пациента-миллиардера. Внутренняя атмосфера — смесь мрачности больницы и стремления выжить в экстремальной ситуации....
— Назар крепко обнимает, окутывая собой со всех сторон. — Я буду тебя любить. За всех.
Он гладит меня везде, куда только может дотянуться, и шепчет всякие нежности, а меня не покидает чувство, что я что-то упускаю. Назар словно специально притупляет мою бдительность. Ну конечно! Хитрец!
— Назар, — зову я, выныривая из облака эйфории.
— Что?
— Что ты недоговариваешь?
— Какая ты неугомонная, — беззлобно смеется он.
— Ты мне не доверяешь? — оборачиваюсь и перехватываю его напряженный взгляд.
Не нравится мне все это.
— Не в этом дело, просто…
Назар фыркает и взлохмачивает волосы. Я не вмешиваюсь и не тороплю, даю ему возможность самому продолжить.
— Не только у тебя не было отношений, — все же выдавливает он. — Но и я до встречи с тобой не собирался заводить семью. Совсем. Никогда.
Не улавливаю связи.
— Что это значит?
— Я сделал вазэктомию. Почти два года назад.
Что-то знакомое. Неприятные мурашки ползут по коже. Инстинктивно веду плечами и вспоминаю.
— Вазэктомия? Это же…
— Да, это стерилизация.
Назар поднимается на ноги, берет полотенце и выбирается из ванной. Собирается сбежать от меня? Ну уж нет.
— Но зачем? — хватаю за запястье и вынуждаю остановиться.
В голове не укладывается, что такой мужчина, как он, мог пойти на это.
— Я решил, что не хочу иметь семью и детей. — Голос Назара звучит ровно и уверенно. — Потому что не могу им дать что-то очень важное.
Какая чушь. Откуда он это все взял?
— Я был пустым до тебя. — Он наклоняется, целует меня и спускает остывшую воду.
Дает понять, что разговор закрыт? Или ему нужно время? Или оно нужно мне?
Муж помогает мне смыть остатки пены, заворачивает в полотенце и несет в комнату. Усаживает на постель и бережно вытирает, не забывая целовать сухие участки кожи. Приятно, но расслабиться не получается. Я не могу так.
Перехватываю его лицо в ладони и вынуждаю посмотреть на меня.
— А это можно как-то исправить?
— Есть небольшая вероятность, но без гарантий, — нехотя отвечает он и серьезно смотрит на меня. — Прости, я должен был рассказать сразу. Еще до… тебе придется решить, готова ли ты принять мою особенность.
— Ты серьезно?
— Вполне. — Его усмешка становится горькой. — Я пойму и попытаюсь принять твое решение.
— Какой ты дурак, — качаю головой и улыбаюсь. — Думаешь, я сбегу на первой трудности? Ну уж нет.
