Наследник с Меткой Охотника — это напряженный роман о молодом дворянине, который внезапно обнаруживает в себе необычную силу. Лондонские улицы и новосибирская природа переплетаются в ночной тьме, когда Максим Белозёрьев сталкивается лицом к лицу с загадочным охотником-метафорой. Книга живо передает атмосферу напряжения и дрожи под тайной.
— Как вы думаете, обезьяны, графу Игнатову понравится мой новый фильм? — хохотнул Макс.
— Заберите у него телефон! — рявкнул комендант.
Больше всех испугались двое личных дворян (третий после удара Олега корчился на земле). Оба парня ринулись в бой, но…
Олег, позабыв про дикую боль в теле, во все глаза смотрел на то, как быстро и легко рванул им навстречу его друг. А дальше…
Одним ударом ноги в челюсть Макс отправил в полёт первого противника. Затем прямой удар правым кулаком…
Противник поставил блок, но через секунду закричал, когда его рука повисла плетью.
— Метка на рукопашный бой! — прошипел комендант, оценив повреждения неофитов.
Вокруг коменданта задрожала земля.
— Решил биться всерьёз, мудила? — хмыкнул Макс, всё ещё державший телефон в режиме съёмки. — Ну так и я могу.
Он приложил свободную руку к кольцу, и через миг в его пальцах появилась чёрная бита.
Взмахнув битой, Макс оскалился:
— Придумай, куда трупы будешь прятать от Игнатова. И позабавимся!
Олег смотрел на хищную улыбку своего друга, как заворожённый…
Ровно до тех пор, пока силы не оставили парня, и он безвольной куклой не рухнул на землю.
* * *Кровь бурлила внутри меня. Я чувствовал, что у коменданта неплохо прокачена Метка, и жаждал сразиться с ним. Чем он меня сможет удивить⁈ А ведь у него ещё три прихлебателя из старых родов. У них ведь могут быть с собой мощный родовые оружия, способные доставить мне проблем! И главное — у меня есть запись их злодеяний. Да, рода этих мерзавцев потом могут на меня окрыситься… Но какую-никакую защиту я себе сделаю. Да и Игнатов, вероятно, будет чувствовать, что должен мне.
Я уверен, граф Игнатов будет в ярости, когда увидит запись. Но вряд ли одной этой записи будет достаточно. У коменданта лагеря явно есть влиятельные покровители, а власть его непосредственного начальника — Игнатова, очевидно, не абсолютна.
К тому же есть ещё один нюанс…
— Прошу, остыньте, комендант, — вперёд вышел второй граф. Тот, что из неофитов-стражей и с фамилией Измайлов — невысокий паренёк с вихрастой причёской и колючим взглядом. — Мы здесь закончили. Забудем все недоразумения.
— Но у него запись, Ваше Сиятельство! — возмутился барон Артемьев. Самый тупенький из этой компании.
— Которую он не пустит вход, — холодно отрезал Измайлов. — Ведь на ней он оскорбляет нас и угрожает убить. Наши рода этого не стерпят.
Я усмехнулся и покачал головой:
— Ты уверен, что меня это остановит?
— Даже если ты придурок, никого не боишься, мы найдём тех, кто боится.
