Наследник с Меткой Охотника — это напряженный роман о молодом дворянине, который внезапно обнаруживает в себе необычную силу. Лондонские улицы и новосибирская природа переплетаются в ночной тьме, когда Максим Белозёрьев сталкивается лицом к лицу с загадочным охотником-метафорой. Книга живо передает атмосферу напряжения и дрожи под тайной....
Враг же ринулся вперёд, держа в руке длинный нож.
Я приметил на груди этого мерзавца круглую нашивку со странным изображением — ящерица, обвивающая гвоздику.
Однако любоваться нашивкой было некогда. Враг… точнее, мой респиратор, был уже близко.
— Guten tag, — сказал я, резко вскочив перед террористом.
Энергия уже жгла мою ладонь. Короткий взмах рукой, и я рассёк грудную клетку врага вместе с покровом как раз в том месте, где несколько секунд назад в него врезался ветровой серп.
Метка привычно нагрелась, сигнализируя о получении энергии.
Я вдохнул полной грудью. Натянул респиратор как надо, через стеклянную защиту для глаз наблюдая, как в вагон ворвались ещё два хмыря.
А я уже выхватил у трупа его нож.
Что ж, вот теперь-то повоюем.
Глава 5"
"Я чувствовал избыток внутренней энергии в каждом из ворвавшихся в вагон террористов. Все они одарённые. Но у них нет Метки — «сгущённая» энергия у каждого лишь под сердцем, там, где Сосредоточение.
Однако, несмотря на то что оба террориста были одарёнными, они держали в руках автоматы.
— Scheisse! — выругался я, когда дула автоматов уставились в мою сторону.
Я рванул с места, представляя, как из моих стоп выходит энергия и растекается вокруг, а потом поднимается вверх. Прямо набегу я активировал «поле».
Раздался треск автоматных очередей!
Попадая в невидимую полусферу, где господствовало «Проклятье Пространства и Времени», пули замедлялись.
Мне же с покровом сейчас было проще принять эти пули на свою энергетическую защиту. Тратилось гораздо меньше сил и концентрации, чем если бы в меня выпустили очереди из двух автоматом без моего «поля».
— Дерьмо! — выругался на арабском террорист, справа от меня. Откинув в сторону автомат, он потянулся к рукояти кинжала, но…
Выхватить его он не успел. Я настиг обоих, и оба оказались в моём «поле».
Оба замедлились.
Я видел, как недоумение в глазах террориста сменяется ужасом. Моя энергия уже вовсю напитала лезвие моего трофейного ножа.
Террорист захрипел, когда лезвие прошибло его Сосредоточение и сердце.
Выдернув из трупа нож, я мгновенно повернулся ко второму противнику, но тот уже вновь выцелил меня из автомата и зажал спусковой крючок.
— Аркх… — захрипел я, приняв едва ли не в упор в живот половину автоматного рожка.
