Уже через неделю после отбытия Петра Федоровича на Урал, Екатерина захандрила и не с кем не откровенничала, несмотря на попытки разговорить ее. Двор долго не знал, куда именно отправился наследник, что всех сильно злило, так как ранее вся жизнь Петра Федоровича была в центре внимания елизаветинского двора. Даже в лейб-драгунском полку, из состава которого две роты были отправлены в сопровождение наследника, не могли сказать куда именно были откомандированы конные гвардейцы. Только через три недели, когда доходили слухи, что видели поезд наследника у Нижнего Новгорода, двор сложил информацию и принял к сведению, что наследник ехал вместе с Бутурлиным для решения проблемы демидовского наследия. Это еще больше подстегнуло двор к пересудам, почему и зачем Петру Федоровичу вникать в грязное дело о наследстве «хозяина Урала», но иноземные послы выдохнули.
Представители иностранных государств сначала посчитали, что Петр Федорович устремился в Голштинию, спасать свою родину. И этот демарш нарушил бы многие комбинации очень сложной игры в регионе, поэтому дипломаты и волновались. Все роли были распределены, и неуравновешенный мальчик мог много дров наломать.
Датчане согласились выплатить деньги России и лично гольштейнскому герцогу, сколько именно, никто не знал. Обязалась Дания оставить Киль независимым городом с коллективным управлением через магистрат, куда входили бы и датчане и шведы и русский представитель с правом «veto» - запрета на любое решение, которое могло навредить интересам России. Русские войска пока оставались в Голштинии и были гарантами выезда из герцогства всех желающих. На деле же разрешался только выезд в Россию и за определенную, немалую, плату. Шло методичное разграбление области. Датчане же пошли на такой шаг из-за того, что Россия не стала рассматривать компенсацию, что предлагали даны за Голштинию, в виде Ольденбурга.
Сказанные слова Петра Федоровича на Совете при императрице дали полную свободу действиям Бестужева и тот развернулся от всей широты. Наследнику же ничего не останется делать, как подписать необходимые документы и этот вопрос все считали решенным, так как запрашиваемые три миллиона полноценных рублей уже ждут своего обладателя в Петербурге, датчане не стали затягивать с оплатой во избежание непредвиденных факторов. А так получалось, что деньги Россия уже взяла и сложно что-либо переиграть назад.
Ну, а двор, смакуя многие новости и тяжбы Демидовых, и международную повестку, и тем более новый роман императрицы, уже не заметил еще одного пикантного сюжета.
- Я не могу без Вас существовать, вся моя жизнь теперь только во имя и ради Вас. За один поцелуй… - распылялся Сергей Салтыков.