Я ошеломлен, стоя в дверях своей комнаты и осмысливая слова этого улыбчивого юноши — он называет меня "царем рожденным брат". Светлые волосы, зелёные глаза и мягкие черты лица — всё указывает на то, что этот парень из другого мира тоже сын покойного императора.
— Но вы ведь согласны с тем, что это человек умер во сне, не почувствовав боли? — настаивал я.
Он скрипнул зубами и ничего не ответил.
Не хочет признавать, что согласен со мной.
— Полагаю, монстрам плевать на усыпляющий яд внутри тел.
— Так и есть, — буркнул Игнатов. — Человеческие яды на них не действуют.
— А стало быть, кто-то сначала усыпил всех на КПП, а затем каким-то образом призвал монстров в наш мир из аномалии. Ну либо этот кто-то, в отличие от Корпуса Стражей, знал точное время прорыва.
— По косвенным признакам мы можем предугадать приближение прорыва, — хмуро проговорил Игнатов, глядя на тело.
— И всё-таки кто-то подготовил монстрам сцену для выхода, — проговорил я холодно. — Кто-то был уверен, что голодные твари сожрут спящих дежурных, а значит, и улики. А затем эти твари бросятся в сторону трассы.
— И устроят там кровавую бойню… — проговорил Игнатов, а затем хмыкнул.
Он замолчал, ему в голову явно пришла какая-то идея.
— Вот-вот, — хмуро согласился я. — Следует узнать, проезжал ли в это время по трассе кортеж какой-нибудь важной шишки или нет.
Несколько секунд Игнатов хмурился, буравя меня взглядом. Затем резко спросил:
— Ты злишься, Максим?
— Я вне себя от ярости.
— Почему?
— А вам непонятно? Люди убивают людей — это норма.
— Твои слова звучат отталкивающе, но с сутью я согласен, — криво усмехнувшись, проговорил он.
Постояли, помолчали.
— Максим… — проговорил граф Игнатов спустя тридцать секунд. — Ты ведь понимаешь, что наш разговор должен остаться между нами?
И смотрит на меня так, будто пытается проникнуть прямо в мозг.
— Ничего не буду обещать по этому поводу, Алексей Михайлович. Но и болтать о произошедшем направо и налево я не собираюсь.
Он недобро нахмурился.
Я ответил ему тем же.
Игнатов тяжело вздохнул и проговорил:"
"— Ну хоть так. В любом случае надеюсь на твоё благоразумие, Максим.
— О, будьте уверены, благоразумия у меня на десятерых хватит, — усмехнулся я.
* * *— Привет, проходи, — Кристи встречала меня в моих же апартаментах улыбкой до ушей. Она нарядилась в красное платьице в белый горошек, удачно подчёркивающее её тонкую талию и богатую грудь.
