Я спала, и во сне встречала черную вдову. У пруда, где она шептала молитвы, струйки воды тихо журчали, создавая погружённое в мечты пространство. Её губы слегка приоткрывались, словно выделяя запах благовоний, и я чувствовала её красоту — зелёные глаза, алые губы и излучающую волшебство фигуру, словно сияющая эликсиром....
Кстати, как ты его назовешь?
— Пушок, — выдала я первую пришедшую на ум кличку, — божественное благословение? И в чем оно выражается?
— В везении, здоровье, счастье, удачливости, — пожала плечами Кладира, — боги дают каждому то, чего ему не хватает. А почему «Пушок»?
— Так звали соседского кота, с которым я играла в детстве, — у мамы была аллергия на шерсть и пух, а потому никаких живых существ мы дома не держали.
— Необычный жест — назвать существо этого мира именем мира прошлого.
— Может быть… Кладира, а других женихов не ожидается? — почти умоляюще спросила я.
— Селенира, — «сестра» отставила чашку из тончайшего фарфора в сторону, сочувствующе посмотрела на меня, — мне тоже не понравился ни один из них, но сама ты выбрать можешь только из тех, кто изъявит желание стать твоим мужем.
— А других самоубийц не нашлось, — уныло протянула я.
Кладира развела руками, пару минут что-то обдумывала и вдруг спросила:
— Ты танцевать совсем не умеешь?
Танцевать? Где я и где танцы. В далеком детстве, когда еще были живы и папа, и бабушка с дедушкой, мама пыталась отдавать меня в разные кружки, чтобы сделать из меня «всесторонне развитую личность», как любила выражаться бабушка.
— Нет, — отвлекшись от воспоминаний, качнула я головой, — совсем не умею.
"— Значит, придется научиться. На своей свадьбе ты должна будешь танцевать с мужем лакасту, медлительный чувственный танец.
Прекрасная перспектива. Что ж, я, конечно, выйду на паркет, но мне заранее жаль того несчастного, кто согласится стать моим партнером. Ноги я успешно оттаптывала в любом теле.
Партнером выбрали Лорана.
Ближе к вечеру, перед ужином, мы Кладирой и Шарон с Лораном зашли в один из залов, предназначенный для торжественных приемов и танцев.
