Герцогиня Ломарская, прозванная черной вдовой, устала от незаслуженной дурной славы. Она готова доказать обществу, что репутация убийцы мужей — чистая клевета. Героиня вступает в опасную игру, чтобы вернуть честное имя и найти настоящую любовь среди врагов и предателей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Наследство черной вдовы» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герцогиня Ломарская, прозванная черной вдовой, устала от незаслуженной дурной славы. Она готова доказать обществу, что репутация убийцы мужей — чистая клевета. Героиня вступает в опасную игру, чтобы вернуть честное имя и найти настоящую любовь среди врагов и предателей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Надежда Игоревна Соколова Самиздат подборки серии
Герцогиня Ломарская, прозванная черной вдовой, устала от незаслуженной дурной славы. Она готова доказать обществу, что репутация убийцы мужей — чистая клевета. Героиня вступает в опасную игру, чтобы вернуть честное имя и найти настоящую любовь среди врагов и предателей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вряд ли у нас с Лораном получится конструктивный разговор. Но зато Кладира отстанет.
За общением а потом — и за размышлениями о тексте проклятия время пролетело незаметно.
К обеду с женихами я готовилась тщательно: легкий макияж, незамысловатая, на первый взгляд, прическа, нежно-лиловое платье, туфли в тон — зеркало отразило милую, хоть и немного усталую леди. По ночам все же следует спать, а не опустошать холодильник.
Стол в обеденном зале был накрыт, словно для торжества: белоснежная скатерть, дорогая фарфоровая посуда, мельхиоровые столовые приборы, канделябры для украшения стола.
— Ронары, — в присутствии Шарона все женихи поднялись с мест, едва мы с одетой в светло-голубое платье Кладирой вошли в зал, поклонились, в кои-то веки демонстрируя манеры.
Суп на первое, каши, овощи и несколько видов мяса — на второе. Ешь не хочу. Столько блюд, что, казалось, ими можно было накормить небольшую армию.
— Итак, ронары, — когда все женихи утолили первый голод, обратилась к ним я, — как вы видите, ваше число снова изменилось. Его высочество снова стал одним из вас. Надеюсь на ваше благоразумие. Свой выбор я сделаю через несколько дней. Пока же чувствуйте себя как дома."
"— Вы странно выбираете, — нахмурился Донтар, — все эти недомолвки, переезды, обещания. В прошлый раз, насколько я знаю, все было по-другому.
— Было, — кивнула я, — в прошлый раз — так, в этот — иначе. Я решила поменять тактику. В конце концов, это мне потом хоронить одного из вас, — не удержалась я.
Гордон побледнел, Нарон поморщился, остальные женихи никак не отреагировали на мою выходку, видимо, уже смирились с необходимостью стать жертвенным агнцем для своих семей.
— И что теперь? Как нам вести себя в этих стенах? — вновь заговорил Донтар.
— Как угодно, только прошу помнить о правилах приличия. И пожалуйста, если решите выяснить между собой отношения, выйдите во двор.
— Вы плохо о нас думаете, ронара, — подал голос Гордон.
— Ни в коем разе, — мило улыбнулась я. — Просто предупреждаю.
Дальше ели молча.
После обеда Кладира белой лебедушкой поплыла в гостиную, предложив женихам составить нам с ней компанию. Мне видеть ни одного из них не хотелось, но выбора мне не оставили. Пришлось усаживаться в одно из глубоких удобных кресел, оббитых синим бархатом, и делать вид, что заинтересована рассказами Донтара о его боевых подвигах, а потом якобы благосклонно улыбаться мгновенно красневшему Гордону, старавшемуся произвести на меня впечатление рассказами о сельской жизни.
Когда, наконец, Кладира предложила составить мне пару во время тренировок в танцевальном зале, я с радостью выслушала нестройный гул со стороны женихов. У каждого из них вдруг нашлась уйма причин, чтобы не присутствовать на этом мучении.
