Как вы понимаете, мне не было еще и четырнадцати, когда я остался на улице. И в этом есть моя вина и моя глупость, но менять что либо я в любом случае не намерен, и уж жалеть о сделанном первом взрослом выборе - тем более. В один из "радостных" дней, подыхая на лавочке на окраине парка, сам не понял, как это произошло... Она узнала меня. Уже тогда пожилая женщина с усталостью на лице, но все с той же добротой в сердце. Узнала того мальчишку, которого приводили к ней на прием пару раз... Когда я оказался в ее доме.
.. Черт, до сих пор вспоминать стыдно. Я устроил настоящую истерику: с воплями, криками и истеричными слезами. Я тогда плакал впервые с тех пор, как мой мир рухнул. Держался все, храбрился. А она всего одним своим добрым поступком, взглядом этим жалостливым выбила из меня всю ту боль, что так старательно копил в душе. Я много наговорил тогда. Много лишнего, за что-то до сих пор не могу себя простить, но с того момента стало легче. Мне легче, но увы не ей.
Так уж вышло, что имея за плечами столько прожитых лет, отданных на благо людям, она оказалась почти одна, на окраине города, забытая всеми и вычеркнутая из жизни своих детей и внуков.
Все просто: была трехкомнатная квартира в центре города, дача, машина покойного мужа - не осталось ничего. Боль и разочарование, вот что досталось ей на старости лет. Детки постарались и выселили ее в эту халупу, но не прекращают наведываться временами, выносить мозг и беспрерывно жаловаться на свою бедность и тяжкую жизнь.
Я был свидетелем этих разговоров, и не раз. Потом были картинные слезы, просьбы денег... Мать вашу, да откуда у нее деньги-то?! Ненавижу таких людей, я их презираю, и своими руками передушил бы всех по очереди, а потом хоть на плаху, хоть на виселицу, все равно. У них нет моральных принципов, совести или чувства собственного достоинства. Уже давно все их существо заполнилось одной лишь мыслью - "ДАЙ!". А меня тошнит от их эгоизма просто до истерики.
Они, сидя со мной и баб Маней за одним столом, пытались изобразить фальшивые сочувствие и понимание.
Она верила, как не поверишь своим детям, а я еще тогда видел их насквозь. Достаточно быстро все подтвердилось, когда в один чудесный день, оставшись со мной наедине, высказали столько, не сравнив меня разве что с самим Люцифером. Это не было обидно или больно, я был готов к этому. Баба Маня видела, как в воздухе висит напряжение, как то у меня, то у ее сыночка, появляются синяки и ссадины.