Не уверен, но кажется я слышал щелчок снимаемого предохранителя.
Вернувшись, обнаруживаю обоих мужчин притихшими и задумчивыми. Странное чувство: вот вроде все пиздец как нехорошо, отвратительно плохо, и внутри меня разрастается пропасть из страха, воспоминаний и реальных, случившихся совсем недавно событий... но мне легко. Вот тут, в этот самый момент, легко. И это осознание не просто посетило меня, а появилось ощущение, будто меня лопатой истины переебали, вселив это гребанное спокойствие, от которого становится неуютно.
Сет курит у окна, даже не смотря в мою сторону. Обиделся что ли? Клим уходит в ванную, откуда доносится отвратительно-фальшивое пение и его маты, а я так и стою посреди комнаты, не зная куда себя деть. Все, вновь вернулось то тупое чувство страха, засевшее где-то под кожей. Воцарившаяся тишина не просто давит, а плющит, звоном отдаваясь в и так изрядно трещащей голове.
- Подойди сюда, - вздрагиваю, будто водой облитый. В голосе Сета нет давление, ну если совсем чуть-чуть, скорее просьба. И зачем я к нему иду, сам не понимаю. Ноют плечи, но все же расправляю их, засовываю поглубже все свои страхи и нарастающую панику, пытаюсь казаться бесстрашным, сильным... но стоит только подойти ближе, как он быстро оборачивается ко мне, хватает мою руку и, дернув на себя, второй рукой обхватывает за талию, вжимая себе в грудь. Он ждет, смотрит в мои широко распахнутые от удивления глаза и ждет, ищет что-то на моем лице, вот только что - понять не могу.
Он слишком близко, непозволительно... это неправильно, что мужику может быть приятно находиться так близко. Или это очередной трюк, чтобы унизить меня?
Дергаюсь, выйдя из транса, и он, почувствовав мой толчок, словно получив сигнал, запускает пальцы мне в волосы, и притянув ближе к себе... целует? Все мысли растворяются в его влажном поцелуе. Он действует напористо, жадно, не пытаясь быть нежным или чутким, скорее клеймит обманчиво мягкими губами, вторгается в мой рот, скользит по языку, подавляет, пока я не прекращаю попыток вырваться или хотя бы остановить этот бред, от которого слабеют колени и поднимается волна бешенства. Страшно, душно, жарко...
Так же быстро отстраняется, разжимает руки, но, придерживая меня за талию, не позволяет отойти слишком далеко.
- Не доверяй никому, - просит, или быть может приказывает, не разобрать в тихом шепоте. Но от его слов делается неприятно.
