Автор
В низкой мансарде ждет не дремлет начинающая астронавтка Ника. Подоконник ей недоступен, но она не сдается. Взобравшись на самый верх, ее глаза искренне вполнаются окрестностями — даже калитка издаётся невероятно реалистичной. Словно волшебная лампа горит под окном, сглаживая детали. Чем больше Ника приближается к калитке, тем более остро осознаёт она, как много может случиться за эти стенами....
– Сегодня затянулась планерка, – видя мое любопытство, снисходит до объяснений мой провожатый, указывая на стул. Я вытягиваю шею, чтобы получше рассмотреть кучкующийся народ. И, если повезет, своего наставника.
– У нас закончилась красная смородина. Я подумал, что не будет ничего плохого, если я заменю её… – доносится до меня чей-то звенящий от напряжения голос. На контрасте с ним голос его оппонента, кажется, напротив, абсолютно спокойным. И таким… значимым.
– Стоп. Ты подумал?
– Ну, это всего два блюда, которые мы уже взяли в работу.
– Напомни, пожалуйста, технологическая карта предусматривает такую замену?
– Нет, но…
– Нет никаких «но»! Есть просто – нет. И все. Это залет. Минус двадцать от премии. Все понятно?
Нервный мужчина опускает голову и что-то тихо замечает.
– Мне не интересны твои мотивы, Роман. Я не прошу тебя думать. Вот откроешь ресторан собственной авторской кухни, и там твори, сколько влезет. А пока этого не случилось, и шеф здесь я – работаем по утвержденным мною технологическим картам.
– Да, шеф.
– Отлично. Тогда всем спасибо. Приступайте к работе.
На моих глазах народ расступается, пропуская вперед коренастого абсолютно лысого мужчину. С удивительной легкостью он стремительно проходит через зал. Я едва успеваю отшатнуться и выпрямиться на своем стуле, когда он входит в кабинет. Обходит стол и усаживается лицом ко мне и спиной к окну.
– Д-добрый день, – под его пристальным взглядом я почему-то сбиваюсь.
– Здравствуйте.
– Я – Тая. Таисия Шестакова. По поводу работы.
Мужчина напротив кивает. И проводит широкой ладонью от макушки вниз по лицу, будто стряхивая усталость.
– От Влада… – зачем-то повторяет очевидное.
– Да. От него.
– Окей. И в какой сфере я могу найти тебе применение?
Это он у меня спрашивает? Серьезно? Я все сильней нервничаю, хотя буквально минуту назад казалось, что сильней уже просто некуда.
– Я не знаю. Влад сказал, что вы сами решите. Опыта у меня нет, поэтому, полагаю, это будет какая-то стартовая позиция.
– У меня нет свободных вакансий. Если только ты не хочешь пойти уборщицей.
– Все зависит от того, сколько вы платите.
Кажется, моего наставника удивляет такой ответ. И заставляет повнимательнее ко мне присмотреться. Не знаю, почему мне так кажется, ведь внешне это никак не проявляется. Савва настолько холоден и закрыт, что его вообще трудно заподозрить в наличии каких либо чувств.
Он скользит широкой ладонью по столу.
