В темном зале Лавкрафта собраны не просто ученики, но настоящие наставники — эксперты в области ужасов и мистики. Здесь каждое слово важно и каждый эпизод наполнен страшной истиной, приковывающей читателя к страницам книги.
Из-за ширмы она одаряла меня советами касательно полной или частичной потери самообладания, пока, вероятно решив, что уже достаточно меня помучила, не вышла, чтобы попросить меня застегнуть ее блузку на плече, куда она не могла достать.
– Все пошло вкривь и вкось после того, как ты отошел от окна и рассказал о том мерзком человечке на церковном дворе, – заявила она.
– Да, не иначе как он заколдовал картину, – сказал я зевнув и посмотрел на часы.
– Уже после шести, я знаю, – сказала Тесси, прилаживая свою шляпку перед зеркалом.
– Да, – ответил я, – я не хотел так задерживать тебя.
Я высунулся из окна, но с отвращением отпрянул, потому что молодчик с мучнистым лицом снова стоял у входа в церковь. Тесси заметила мое неудовольствие и тоже выглянула в окно.
– Это тот тип, который тебе не нравится? – прошептала она.
Я кивнул."
"– Лица его я не вижу, но он и впрямь выглядит жирным и мягким. Он чем-то напомнил мне один сон, – добавила она, повернувшись ко мне, – жуткий сон.
– Откуда мне знать? – улыбнулся я.
Тесси улыбнулась в ответ.
– Ты там был, так что должен что-то знать про это.
– Тесси! Тесси! – возмутился я. – Не вздумай мне льстить, уверяя, будто видишь сны обо мне!
– Но я вижу, – настаивала она. – Хочешь, расскажу?
– Давай, – ответил я, закуривая сигарету.
Тесси прислонилась спиной к подоконнику и начала с полной серьезностью:
– Однажды ночью, прошлой зимой, я лежала в постели, думая о том о сем.
