В роман "Настоящие" — Татьяна Юрьевна Серганова рассказывает о ласкающей душу и полной страстности любви в жарком июне, когда розовый закат превращает город в райский уголок. Встреча двух чувственных душ в атмосфере цветов и тепла вызывает волнующие эмоции.
— А вот так. Гейл не знает, что произошло, но расстались они.
— Теперь понятно, чего она такая злая, — кивнула Кармина. — И на тебя не зря косится.
— Я-то здесь причём? — срывая ромашку, пробормотала в ответ и принялась срывать один лепесток за другим.
Белоснежные капельки одна за другой падали на подол платья и сползали вниз.
— Шутишь аль не видишь? — переспросила Олисия и тут же замолчала, получив от старшей сестры удар локтем в бок. — Чего?.. Ой.
Отчего-то стало тихо, лишь ветерок ласково теребил волосы, которые щекотали кожу на лице.
— Ивар.
Его имя само сорвалось с губ, застыв между нами, усиливая и без того тяжелое напряжение. Замерли не только не мы, вся молодёжь на полянке.
— Привет, Айола.
— Здравствуй.
— Ты сейчас занята?
— Нет.
— Пойдём? — Ивар с улыбкой протянул мне руку.
— Куда? — спросила я, но руку подала, позволяя поднять себя с земли.
— Прогуляемся, — беззаботно ответил молодой человек.
Стоило мне встать, как он тут же отпустил мою руку.
"Мы и правда прошлись по полянке, рядом друг с другом, практически не говоря.
— Айола, — неожиданно тихо произнёс Ивар, когда мы остановились у ручья, в спокойной глади которого отражались яркие лучи заходящего солнца.
«Пора идти домой. И так задержалась. Отец будет волноваться…»
— Что? — спросила у него, переводя взгляд с реки на молодого мужчину.
Вместо того, чтобы ответить, он вновь взял меня за руку и потянул в сторону ракиты. Отказать я не смогла, даже возразить.
Мы вошли внутрь, ветви сомкнулись и снова наступила тишина.
Оглядевшись по сторонам, я не смогла сдержать тихого смешка.
— Ты смеёшься? — осторожно спросил Ивар, наблюдая за мной.
— Я всегда думала, каково здесь? Нет, мы с девчонками тут были. Но каково это приходить сюда с парнем.
— И как? — молодой человек сел на поваленное дерево, опираясь спиной о ствол ракиты.
Пожала плечами, еще раз всё осматривая.
— Так же, — призналась ему.
— Это плохо?
— Нет, — покачала головой, легким движением руки убирая косу за спину, после чего добавила значительно тише. — Я всегда хотела побыть здесь именно с тобой.
Признание далось легко и стыдно за него не было. Ивар наверняка видел моё отношение и не мог не знать, что нравится мне. Так зачем юлить и скрываться? Мне даже легче стало.
— А твой отец?
— Мне уже шестнадцать. Он должен понять, что я взрослая, — вспыхнула в ответ.
