Автор
Невротик Александр - вот и до сорока пятого года приходит ты, оставшись ни с чем после развода и ухода дочери. Теперь ты один на весь дом, зависаешь над книгами, бродя по ночам в компании с коньяком из-за мелочных неприятностей со стороны соседок. Ты хочешь всем мир скомпрометировать, но каждая мысль о восстановлении тебя отодвигает подальше. Но всё будет хорошо, Наташа, не ревь, скоро все починим....
- Спасибо, Александр Михайлович, - опускаю взгляд.
- Увольняйся оттуда. Не твоё место.
- Почему это?
- Эти гопники тебя на раз разведут. Они врут, как дышат. И уже только по блатным понятиям слово держат. Ясно?
- Потому что вы с ними как со зверятами! С преступниками! А они дети!
Шлёпает себя ладонью по лицу, изображая страдание.
- Ой, мля... Немедленно увольняйся! Прямо сегодня.
Хлопает дверью перед моим носом. Вздрогнув, обескураженно смотрю на табличку. “Следственный отдел центрального района..."".
Выхожу на улицу.
Мальчишки у лавочки. Рядом с каким-то тучным мальчиком лет двенадцати.
- Слышь, жирный! Гони сюда шоколадку...
- Н-н-нет! - неуверенно прижимает шоколадку к себе мальчик.
- Ты чо?..- с угрозой вырывает из его рук шоколадку Федор.
- Федя! - рявкаю я шокированно.
Тут же отлетают от него на пару шагов, улыбаясь и снова превращаясь в заек.
- Да мы ничо...
- Немедленно вернули шоколад!
- Так у него это... Диабет будет, Наталья Антоновна. Нельзя ему. Да, жирный?
Отбираю шоколадку возвращаю мальчику.
- Это ещё что?
- А это не моё, - солнечно улыбается он.
Честно-пречестно!
- Бабка курит, ей несу.
- Да? Ну я сама донесу. А ну-ка - за мной.
- Куда?
- Домой к вам пойдем. Посмотрю как живёте, уроки проверю. С бабушкой вашей поговорю.
Недовольно переглядываются.
- Вперёд, я сказала, - строго хмурюсь я.
Бурчат, но идут.
По дороге покупаю им по такой же шоколадке, какая была у мальчика...
- Ешьте.
- Спасибо, тёть Наташ.
- Можно просто - Наташа...
""Не твоё место""! - передразниваю про себя Иштарова. А может, наоборот... моё.
Глава 41 - Профнепригодная
Наташа
Опустошенно сижу на табуретке, оглядывая стены, которые не видели ремонта лет пятнадцать.
- Мальчик, ты кто? - подслеповато щурится неопрятная старушка с сигаретой. - Ты кто?
- Да Федор я! - с лёгким раздражением бросает Федя.
- Машка, ты вернулась? - смотрит на меня. - Пошла вон... Нечего тут тебе...
- Бабка, ты иди, - тихо подталкивает ее Семён в дальнюю комнату.
Старушка, держась за стену уходит вглубь дома. С ужасом смотрю, как штора в проходе на мгновение касается ее зажженной сигареты.
И печь у них на дровах... Заслонка. Пол деревянный. Штукатурка кое-где осыпалась, оголяя перемотанный изолентой провод.
Ааа! Как же они ещё не сгорели?!
Вспоминается сразу запах удушающей гари.
- Мальчик, ты кто? - снова доносится из комнаты.
- Да Сёма я…
- Она что вас даже не помнит? - хриплю я, стягивая шарф.
