Автор
Невротик Александр - вот и до сорока пятого года приходит ты, оставшись ни с чем после развода и ухода дочери. Теперь ты один на весь дом, зависаешь над книгами, бродя по ночам в компании с коньяком из-за мелочных неприятностей со стороны соседок. Ты хочешь всем мир скомпрометировать, но каждая мысль о восстановлении тебя отодвигает подальше. Но всё будет хорошо, Наташа, не ревь, скоро все починим....
Ну отпусти ты эти косяки! Ты же говорила, что любишь! Или нахуй уже отправь, чтобы я успокоился! Я уже сожалею, что связался с тобой вообще. Жил бы горя не знал! Говори, твою мать!
- Не хочу, - слышу как всхлипывает. - Живи, не знай горя!
- Наташа... - торможу я."
"Ну вот, опять херни наговорил.
- Не звони...
Скидывает.
И телефон теперь недоступен.
Открываю переписку.
И да, я ненавижу переписки. И - да, не извиняюсь, когда не считаю себя не правым или говорю то, что думаю. И сейчас я не считаю и сказал то, что думаю.
- Р-р-р...
Раздражённо, ломая себя, пишу: ""Извини"".
Не прочитано.
Мне становится так неспокойно, что просто крышу рвёт.
Ненавижу ее, блять, уже!
Дома, со психу, наливаю себе полстакана коньяка.
Ебну и баиньки.
Только подношу ко рту. Звонок.
- Иштаров...
- Александр Михайлович, у нас вызов на ""ваш"" адрес. Наряд поехал...
- Какой именно из адресов?
Называет Наташин.
Со стуком ставлю стакан на стол. Хватая куртку иду к машине.
- А что там?
- Ограбление.
- Да ладно? Что там грабить? Еду...
Подъезд открыт, дверь подперта кирпичом. Возле подъезда скорая и наш бобик.
Мля...
Лицо немеет.
Скорая почему?..
Непонятных мне Скорых я патологически боюсь. Когда возвращаешься домой, а возле дома Скорая... А ты беспомощен как ребенок, блять.
Не надо такой херни, пожалуйста. Я ее по горло нажрался!
Нахер вот это вообще все было? Зачем я ее отпустил в свободное плавание? Жила бы у меня... там быстро бы любые непонятки разрулили!
Не успевают двери лифта открыться, как я слышу знакомый голос Адольфовны.
- ...А у дочери телефон давно недоступен. Может, они ее убили!
Толкаю приоткрытую дверь.
- Добрый вечер.
Адольфовна... и Редько. Оба. Наташи нет.
- Где Наталья Антоновна? - здороваюсь за руку с ментами.
- А это ещё надо выяснить, где моя дочь! - обмахивает себя тетрадкой раскрасневшаяся Адольфовна. - Телефон у нее недоступен. В квартире - бандиты малолетние!
Пацаны тревожно мнутся у стенки. Словно их расстреливают.
- Скорая к кому? - оглядываю пацанов.
Поднимаю за подбородок лицо одного вверх, синяк под глазом... Но так вроде целые.
- Это к соседям, видимо, - пожимает плечами сержант.
Выдыхая, падаю на стул.
Сжимаю переносицу пальцами.
- Что происходит? Где Наташа? - смотрю пацанам по очереди в глаза.
Всё таки ""усыновила""...
- Людмила Рудольфовна утверждает, что застала этих двоих за ограблением квартиры.
- Босиком и в трусах? - скептически дёргаю бровью.
