Герой объявлен мертвым после ядерного взрыва и не может вернуться домой из-за козней враждебных кланов. Скрываясь на вражеской территории, он полагается только на верных друзей, готовясь к последней битве за восстановление своего рода и справедливость.
Раздел Chitat.online для книги «Навь. Книга 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой объявлен мертвым после ядерного взрыва и не может вернуться домой из-за козней враждебных кланов. Скрываясь на вражеской территории, он полагается только на верных друзей, готовясь к последней битве за восстановление своего рода и справедливость.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой объявлен мертвым после ядерного взрыва и не может вернуться домой из-за козней враждебных кланов. Скрываясь на вражеской территории, он полагается только на верных друзей, готовясь к последней битве за восстановление своего рода и справедливость.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Половину вперед, — нагло заявил дедуля. — У тебя деньги-то есть?
— Ну пойдем вниз, покажу, — согласился я. Светить на улице баксами — верх безрассудства.
Мы спустились вниз, и я продемонстрировал дедуле две пачки зелени.
— Э, куда руки тянешь! — я отдернул от граблей потянувшегося к деньгам деда пачку. — Никаких вперед, знаем мы таких желающих.
— Тогда не поеду! — заявил дед.
— Хорошо, — невозмутимо сказал я, убирая деньги в сумку. — Значит, не договорились, пойду других желающих поищу.
— Аванс нужен! — уже менее уверенно заговорил дед.
Я отслюнявил ему десять Бенов Франклинов, чтобы показать серьезность своих намерений, да и чтобы он вел себя потише и не шатался по округе стрельнуть денег на горючку.
— На горючку. Половина — когда выйдем в дальнюю морскую зону, оставшееся — по прибытию.
— А не боишься? — прищурился дед.
— Нет. Так что, по рукам?
— Подходи к десяти вечера, тогда и отплываем.
— Хорошо.
Вечером, когда я пришел на пирс, все было на мази, дедуля уже возился у швартовых.
— Прыгай на борт!
Я легко спрыгнул с пирса на вызывающую подозрения своей крепостью палубу.
— Готов?
Я кивнул. Как пионер, который всегда готов.
— Ну тогда поехали!
Дедуля оттолкнулся ногой от причала, и когда лодка стала дрейфовать, прошел в типа рубку вида деревенского сортира, и встал за руль. Зафырчал мошный мотор, за транцем вскипела вода от винтов, и корыто, медленно набирая ход, поплыло в ночь, освещаемое только большими влажными звездами тропических созвездий.
Само плавание запомнилось мне не очень — я проблевал почти всю дорогу. Есть у меня очень неприятная черта — плохо переношу рыбный запах. А лодка, пропахшая несвежей рыбой, для меня пыточный агрегат почище армейских портянок, от тех хоть не блевал.
Дедуля был опытный, сразу вывел катер в дальнюю морскую зону, и рулил по своим приборам, мне только оставалось время от времени сверяться с GPS, чтобы понять где я нахожусь. За все время плавания — ни души вокруг. И дедуля мне заливал, что он не контрабас? Да щаз, поверю я. Скорее всего не раз занимался этим. Поползновений выкинуть меня за борт тоже не делал, и избавиться другим способом тоже. Видимо, понимал, что скорее всего за бортом останется он.
Запиликал телефон спутниковой связи — о, это что-то новенькое.
— Слушаю, — сказал я по-английски.
— Понял. Ты где? — в трубке раздался голос Воронцова.
Я продиктовал ему координаты, судя по которым мы уже вошли в воды напротив берега Венесуэлы, болтаясь за пределами двенадцатимильной зоны.
— Следуйте в точку рандеву с координатами…
Я записал координаты на листке помятого картона от ящика с консервами.
— Как прибудете в эту точку, ложитесь в дрейф и выпустите красную ракету, вас подберут.
— Понял, — я отбился.
