Навь — это древняя легенда о глубинных истоках мира. В небесах кружат боги, создавая произведения искусства для наставления людей. Шаман Катори изобразил магическую мандалу, но чтобы не осквернить это священно-святое творение, требуется всего одна сильная резанка. Взрыв света и волны — начало нового эпохи, когда новые поколения взойдут на трон своих предков....
— Радзиловского и его клику надо укорачивать, причем на голову.
— Поддерживаю, — сказал Кресислав.
— Я тоже за, — сказал Радогорцев. — Чем больше я смотрю на то, что творится, тем больше мне это не нравится. Государем сейчас пытаются манипулировать, и в силу определенных причин им это удается.
Драбицын знал, о чем идет речь. Государь болен, и серьезно. Слухи об этом пресекались на корню, но все же узкий круг это знал. И пока проходили регулярные курсы лечения, страной управляли другие.
— Я так понимаю, что заговором руководите вы? — напрямую спросил Кресислав.
— Ну вот только так ставить вопрос не надо, — поморщился Драбицын. — Нет тут заговора. Ни против интересов РИ, ни против императора я не пойду. Просто пора очистить окружение государя, убрав оттуда всю сволочь, которой там поднакопилось порядком. Считайте, речь идет о борьбе между двумя кликами — Имперцев, которым дорога Россия и самодержавие, и торгашей, которые эту самую Россию хотят распилить и продать.
— Я тоже не считаю это заговором, — сказал дед Козьма.
Это прозвучало бы довольно пафосно и театрально, если не брать в расчет того, кто эти слова произнес.
— Я с вами, граф, — кивнул Кресислав. — Пора почистить болото. Что вы планируете?
— Пока — занимаемся сбором информации, а вот потом мне будет нужна ваша в том числе и силовая поддержка. Ваше положение при дворе сыграет в этом ключевую роль.
— Принято, — кивнул Радогорцев. — Вся информация, имеющаяся у нас по Радзиловскому и кланах его приверженцев будет передана вам завтра. Выбирайте только, где и когда. Вас ведут, и вам это известно.
— Не бойтесь, хвост не приведу. Я уже был оперативником, когда эта детвора еще не родилась, — усмехнулся граф.
— Тем не менее. Я полагаю, вы можете пригласить меня отобедать, это подозрения не вызовет, мы старые соратники, как никак, — покрутил пальцем в воздухе Кресислав.
— Принято. Завтра приглашаю вас к обеду.
— Меня не надо, — усмехнулся Козьма. — Когда нас увидит вместе наружка, их хватит святой Кондратий. Да и к тому же вы в опале, персона нон грата во дворце.
— Естественно. Ладно, господа, честь имею! — Драбицын встал с кресла, пожал руки волхвам, и пошел к выходу, сопровождаемый Кресиславом.
