— Слышу, — потянувшись, принялась расстегивать пуговицы на платье...
...Сидя в бочке согнув колени, лениво водила намыленной ветошью по плечам. Мыло ароматно благоухало полевыми цветами и почему-то будоражило аппетит. На ужин я не спустилась. Сил просто не осталось ни на что. Как представлю, что мне там созерцать недовольную физиономию грымзы, так передергивает. После возвращения Надии и Ульви она металась тут по коридору, что-то там высказывала орину Сэтту, а я откровенно не понимала, ну чего он ее терпит.
Нет, ну, положим — родня, но у всего есть свои границы дозволенного, а эта женщина их явно переходила.
Все же у дядюшки бескрайнее терпение.
Живот снова скрутило. Эх, мне бы сейчас легкий овощной салатик.
Но так лень двигаться... У меня жутко ныло все, что пониже спины от сегодняшней «легкой» прогулки верхом.
Вот разъезжала всегда в карете и нечего было в седло прыгать!
Что ради счастья брата не сделаешь!
Намылив руку до локтя, зевнула. Запах от мыла усиливался.
Вода расслабляла да так сильно, что глаза слипались. Сопротивляться дремоте просто не осталось сил. Я снова широко зевнула, прикрывая рот, и, откинувшись на бортик бочки, блаженно прикрыла глаза.
С террасы доносились трели птиц и легкий шум дождя. Он все так же моросил, питая землю влагой.
Снаружи на террасе послышался легкий шум. Приоткрыв один глаз, не увидела ровным счетом ничего. Только полумрак.
Да, уже смеркалось.
Вода остыла, но все равно оставалась приятной для тела. Комнату освещала масляная лампа. На кровати уже лежала приготовленная длинная голубая ночная рубашка. Мягкая и теплая. Все располагало к тому, чтобы выбраться из бочки, обтереться и упасть на мягкую кровать, обнять подушку и забыться крепким сном...
Но лень...
Это же шевелиться придется, а мне сейчас было так хорошо. Улыбнувшись, я выпустила собственную магию и вмиг нагрела воду.
Какое блаженство! Вокруг меня заклубился пар.
Кое-как намылив грудь, вылила на себя воду из кувшина и вздохнула. Вот бы сейчас кто-нибудь вытащил меня из этой бочки и отнес в постельку...
Заурчал живот. Это навело меня на тягостные мысли о том, что спускаться на кухню придется. Или можно подождать служанок, которые уберут бочку. Да, эта идея пришлась мне по душе. Вот их-то и попрошу принести что-нибудь съестного.
Но когда они явятся? Ммм...
Зевнув, выпустила тряпицу из рук и снова прикрыла глаза.
— Ты знаешь, что опасно засыпать в бочке?
Услышав знакомый голос, я взвизгнула и погрузилась в бочку так, что подбородок на колени поставить можно было.
— Шиу Хэил Уолш! — прорычала на нахального генерала, замершего в дверях, ведущих на террасу. — Ты что там делаешь, бесстыдник?!
— Подглядываю, — он произнес это так спокойно и буднично, словно в этом не было ничего предосудительного.