Автор
В темных коридорах академии юных леди Эптон разливался шепот — новая воспитанница прибыла из богатой семьи, и ее имя уже стало предметом завистей среди подруг. А над аллеями виднелись черные фургончики с гербами величавых держав, ожидая своих будущих приемышей.
Она ни за что не сохранит произошедшее в тайне, если будет вздрагивать, точно старлетка, каждый раз, когда с ней попытаются заговорить. – Сейчас я свободна, если он меня примет.
– Сюда, – произнес управляющий, направляясь в кабинет мистера Дэшвуда."
"Софи стоило немалых усилий держаться спокойно. Что же собирался сказать ей мистер Дэшвуд? Форбсу явно приказали сразу привести ее к владельцу клуба. Неужели она нарушила какое-нибудь правило клуба, и теперь ее членство в нем аннулируют? Софи была в кабинете мистера Дэшвуда всего три раза: оформляя членство в клубе и дважды после крупных выигрышей, когда мистер Дэшвуд взял на себя обязанность проследить, чтобы они были выплачены сполна.
Впрочем, после общения с Джеком Софи начала подозревать, что проблема вовсе не размере суммы, а в том, что она женщина. Софи выиграла двести семьдесят фунтов у сэра Эдварда Тисдейла, а потом почти пять сотен у пьяного виконта, который таращился на ее грудь, не обращая внимания на собственные карты. Кто-то позднее рассказал, как виконт жаловался на то, что она специально надела непристойное платье, чтобы отвлечь его внимание.
К сожалению, сегодня у Софи не было фишек, которые следовало обналичить.
Форбс постучал в дверь.
– Миссис Кэмпбелл, сэр! – объявил он и кивнул, получив разрешение войти. Отойдя в сторону, он распахнул перед Софи дверь. – Мистер Дэшвуд примет вас, мэм.
– Благодарю вас, Форбс, – ответила Софи, прижимая руки к подолу платья, чтобы унять дрожь. Вздернув подбородок, она шагнула в кабинет.
Мистер Дэшвуд поднялся со своего места и вышел из-за стола.
– Миссис Кэмпбелл, приятно снова видеть вас в «Веге».
– Да, – улыбнулась она, присев в реверансе. Софи репетировала это спокойное и невозмутимое выражение лица перед зеркалом до тех пор, пока не отточила до совершенства. Однако сегодня сохранять его было весьма непросто. – Я рада, что вернулась.
Мистер Дэшвуд склонил голову набок и бросил на нее внимательный взгляд. Все в нем было острым, ярко выраженным: ум, черты лица, тщеславие. Это была безжалостная акула в костюме джентльмена.
