— Боги, Фрэн… прости… прости меня…
— Густав… спаси… его спаси… — из последних сил выдохнула я, практически ничего не видя перед собой.
Больше не могла. Жуткая боль терзала тело. Наверное, на мне не осталось и кусочка, который бы не болел. Что ж, Люцилла и Амалетта могли праздновать победу. Пусть они не сожгли меня на костре, но добили таким способом.
— Фрэн, пожалуйста… Фрэн… не оставляй меня.
Но я уже не могла ему ответить, проваливаясь в спасительную темноту.
Однако балансируя на самом краешке сознания, все-таки расслышала его последнюю фразу.
Расслышала и осознала.
— Я люблю тебя, Фрэн… больше жизни люблю.
Глава 23"
"Просыпалась я долго. Стоило только немного выдохнуть, как меня вновь утягивала беспросветная тугая темнота. Она мягко обволакивала и так крепко держала, что вырваться казалось невозможным. И я бы с удовольствием осталась в ее объятиях навсегда. Здесь было так хорошо, так мягко, так спокойно. Никакой боли, никаких разочарований, обид и горестей. Да, радости тоже не было. Но разве это важно? Здесь царил покой, которого мне так сильно не хватало.
Здесь никто не смотрел на меня свысока, не давал указания, не смеялся и не шептался за спиной. Чудесные ощущения! Волшебные и неповторимые. Я действительно не хотела возвращаться, а желала обрести здесь долгожданный покой.
Вот только… кто-то упрямо звал меня назад. Его голос, — тихий, проникновенный, но такой сильный, — проникал сквозь толщу темноты и не позволял мне полностью погрузиться в нее. Сначала я просто вслушивалась в его тембр, не в силах уловить смысл его слов, разобрать их.
Потом стали звучать обрывки фраз, слова, которые постепенно складывались в предложения.
Кто-то, — я никак не могла вспомнить кто, — упрямо звал меня назад, настойчиво умолял вернуться, просил прощения, клялся все исправить и… повторял, как сильно любит. Снова и снова. Постоянно. Мне кажется, этот голос никогда не замолкал. Он не давал мне погрузиться во тьму до конца, тревожил, заставлял сомневаться в принятом решении и побуждал тянуться к тусклому свету, который мерцал где-то впереди.
Я уже не хотела тонуть в темноте, не хотела раствориться в ней. Начали появляться другие чувства, а следом пришли воспоминания.
Светловолосая девочка. Самая младшая в семье, любимица, красавица. Ее, несомненно, ждало счастливое будущее. А потом вдруг все изменилось. Четырнадцатый день рождения и черный ободок вокруг голубой радужки. Принадлежность к темной магии. Долгие месяцы, даже годы сопротивления.
