Судьба разлучила влюбленных студентов. Спустя восемнадцать лет их пути снова пересекаются. Сильные, самостоятельные люди с собственными семьями должны выбирать между прошлой страстью и настоящим долгом. Смогут ли они найти счастье, следуя велению сердца или разума?
— Сережа, милый, сейчас же звони Диме и Петру Гавриловичу! Слушай внимательно: я за городом, у меня похитили джип!.. Нет, со мной все в порядке, не волнуйся, жива и здорова. Пусть Гаврилович срочно объявит машину в розыск, а Рогов несется ко мне что есть мочи… Ты не смей! Не смей даже выходить из квартиры, ты теперь… связной! Пусть Дима меня наберет, я объясню, как ехать. Действуй!
Тамара отключила телефон, найденной в кармане салфеткой попыталась стереть налипшую грязь и с нежностью подумала о сыне: «Солнышко мое! Как же вовремя ты забеспокоился».
Через час с небольшим ее отыскал Рогов и отвез в милицию, но никаких вестей об угнанной машине, несмотря на то что Петр Гаврилович поднял на ноги всю областную ГАИ, пока не было. Домой Тамара попала лишь в четыре часа утра, а назавтра узнала, что приблизительно в это же время ее любимый автомобиль пересек на эвакуаторе польскую границу и растворился на просторах дружественной страны-соседки.
Той же ночью в далеком Париже умер Дени Тьелон…
6
…Уставившись в одну точку, Цеховский сидел в темной гостиной. Утром он позвонил жене, приказал срочно снять новую квартиру на окраине Лондона, забрать из школы ребенка и дожидаться его указаний."
"Стоило ему вернуться в Москву, как он понял: все, круг замкнулся. Бывшая жена Радченко выжила, рано или поздно она придет в себя, догадается, кто ее сбил, и все расскажет. На амнезию рассчитывать не приходилось — это не «мыльная опера», это жизнь.
Он проиграл… Проиграл по всем статьям. Липкий страх разоблачения то доводил до полного оцепенения, то заставлял колотиться сердце, поднимал давление, отбирал последние силы… Иногда Максиму казалось, что у него не осталось их даже на ненависть…
А может быть, его уже вычислили? Тогда почему он до сих пор на свободе? Неужели не понятно, что раненый зверь всегда опаснее? Терять ему нечего — все равно обложат, затравят, добьют. Чем чаще Цеховский задумывался о печальных перспективах, тем четче понимал: выбора нет. Надо срочно продавать квартиру, дачу и бежать за кордон. Впрочем, оставался один шанс выйти из игры целым и невредимым, да еще, возможно, не с пустыми руками.
Несколько дней назад ему позвонил Ляхов, осведомился о здоровье, поинтересовался, скоро ли приступит к работе. Вполне обычные вопросы, однако Максим понял: есть что-то еще — и попросил не тянуть время.
