На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
Было одно место, хозяин которого мог мне помочь…
Асфальтированную дорогу, которая вела к городу, я пересек примерно часов в шесть вечера. Устал как собака — ноги отвыкли от такого рода марш-бросков. Сам весь вспотел, комары закусали все лицо и шею.
Ощущения были странные.
Удивительно, но я почему-то не слышал ни воя милицейских сирен, ни лая собак. Уж за четыре часа могли организовать прочесывание, да хотя бы просто навести шум. Однако ничего подобного не наблюдалось. И это поставило меня в тупик — почему ничего не было предпринято?
Дорога между Припятью и Чернобылем была абсолютно пустой.
В сам город я идти не собирался — тут Лисицын был прав на все сто процентов. Засветиться где-нибудь проще простого. Вместо этого я направился к территории атомной станции.
Спокойно пересек редкую лесополосу, спустился в овраг и преодолел по нему метров сто открытого пространства. Дальше было нельзя.
Сел передохнуть и обдумать дальнейшие действия.
Если прочесывание организовано, то меня будут искать по всему району. Но если подключить здравый смысл, можно легко исключить места, где искать точно не будут. Ну какой нормальный человек совершит огромный крюк и побежит прятаться на охраняемую атомную станцию? Правильно, никто.
Именно так я и размышлял. Конечно, могут проявить инициативу и прошмыгнуться везде, но хватит ли у милиции сил на такое мероприятие?
Сейчас, главное, чтобы проникнуть на территорию без проблем.
Близился закат. Шарахаться по электростанции в такое время суток глупо — еще заметит кто-нибудь из патруля «вэвэшников». Я точно знал, что по периметру действовало аж восемь патрулей по два человека — у каждого была своя зона ответственности. И вполне возможно, что старшему лейтенанту Паршину могли приказать внести изменения в структуру охраны. Да и помимо военных хватало и сотрудников самой станции, которые работали на открытой территории.
Наконец, слегка стемнело."
"Я выбрался из оврага, направился к ограде впереди.
В этом месте территория была обнесена довольно высокой сеткой-рабицей, помещенной в жесткий металлический каркас, сваренный из стальных уголков. По верху шли кольца колючей проволоки.
Пришлось сначала лезть наверх, потом раздвигать кольца проволоки так, чтобы она не подрала мне руки и ноги. Напоследок накинул на нее сверху легкую олимпийку и перелез на противоположную сторону.
