На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
Кое-где они пропитались кровью. Сдерживаясь, но при этом морщась от боли, он вытащил из обуви проколотую ногу. Вся намотанная поверх ступни тряпка была окровавлена. Выглядело все очень плохо. Нога опухла, из раны сочилась темная кровь. Наверняка вену повредил.
Оторвав новую полоску ткани, я вновь перетянул ему рану, затянув посильнее. Затем снова нахлобучил обувь обратно на ногу.
— Спасибо за помощь, — глухо произнес сержант, явно испытывая неудобство. — И что не бросил.
— Не благодари. — отмахнулся я. — Ты бы сделал то же самое.
— Да что-то я себе в голове накрутил ерунды.
— Вот именно, ерунды.
Помог ему подняться, затем мы двинулись вперед. Медленно, не торопливо. То и дело останавливались, чтобы прислушаться к обстановке.
К счастью, других милиционеров здесь не было. Оцепление прошло значительно правее, в обход радиолокационной станции.
А метров через пятьсот мы наткнулись на довольно широкий вырубленный участок леса, а следом за ним бетонную стену. Она оказалась довольно высокой, не меньше двух с половиной метров, да к тому же, сверху была протянута колючая проволока.
— Пришли! — выдохнул Горчаков, присаживаясь на пень. — Наконец-то.
— Угу… Сильно не радуйся. Как нам преодолеть стену? — спросил я.
Справа и слева стена уходила настолько, насколько хватало глаз. Вокруг ни души. Только шумел ветер, да кое-где чирикали воробьи.
— До КПП очень далеко, оно вообще с другой стороны. Не дойдем. — процедил сквозь зубы сержант. — Но и через стену не перелезем.
— Ну и что делать?
— Я кое-что придумал, еще там на дороге, когда мы лишились машины. Насколько я помню, у нашей котельной есть отдельный служебный выезд. Там простые ворота, колючей проволоки нет.
— Шутишь? — хмыкнул я. — И охраны нет?
— Я не видел. Но у стен котельной я бывал уже раз пять. В это время года она не работает и там вообще никого не бывает. Можем перелезть там.
— И где эта котельная?
— Там, где труба, — выдохнул сержант, вертя головой по сторонам. — А! Да вон же она!
И верно.
Придется рисковать.
Стараясь держаться под стеной, мы выдвинулись ту же сторону. Метров через триста обнаружили те самые ворота, про которые говорил Артем.
