Автор
Внутреннее напряжение персонажа в центре схватки заставляет кровь биться в ушах. Улицы перед глазами темнеют, и только тихий шепот "Алкаша" остается ясным — он держит пистолет на расстоянии выстрела, но не знает, где именно его сейчас сжимают пальцы.
— Стойте, где стоите! — крикнул мужик и посильнее вдавил ствол в затылок Седого. — Иначе я ему башку разнесу!
Браконьеры замешкались, вскинули стволы, прицелились.
Чуя неладное, Седой смог повернуть в их сторону голову и тут же заорал:
— Не стрелять! Убрать пушки!
Он знал, что с большого расстояния картечью трудно человека наповал свалить. А вот незнакомец, что свалил его на песок, судя по решительному настрою, не шутил. Одно неосторожное движение, палец его дернется, и тогда хана его черепушке.
— Вот и правильно, — сказал бородач.
— Уходите! — крикнул поверженный главарь, отплевываясь от песка. — Садитесь на лодку и уходите, чтоб вас!
Уговаривать браконьеров долго не пришлось. Завидев, что дело пахнет керосином, они быстренько запрыгнули в лодку и дали газу. Через пару минут рев мотора уже стих за поворотом реки.
Бородач снял с пояса нож с широким клинком и швырнул его мне:
— Сможешь путы себе разрезать?
— Справлюсь! — кивнул я и бочком придвинулся к приземлившемуся на речной песок ножу.
Схватил его за рукоять и стал пилить веревку. Лезвие оказалось острее бритвы. Пенька быстро сдалась. После чего я освободил Петровича и Погодина.
— Вяжи его, — кивнул на бандита бородач и отступил назад, чуть в сторону, продолжая держать его на прицеле. — Если дернется, пальну.
Я снял с Седого ремень и, сделав самозатягивающуюся петлю, стянул ему кисти, перекрестив их за спиной.
Поднял бандита:
— Кто твои дружки? Куда они ушли?
Вместо ответа Седой скривился и что-то прошипел, мол, не дождешься, фраер.
— Ладно, с нами пойдешь. На статью тяжкую ты себе уже наработал.
Погодин подбежал и обшарил карманы браконьера. Выудил оттуда свою ксиву и, счастливый, раскрыл ее, будто проверяя, его она или нет.
— Спасибо вам, — я повернулся к Бородачу и протянул руку. — Вовремя вы появились. Меня Андрей зовут, это Петрович и Федор.
— Аким, — протянул заскорузлую ладонь охотник, — наконец я этих шакалов нашел.
— А что, Аким, — спросил Петрович, разглядывая немного странный, больше похожий на лохмотья наряд бородача. — Промышляешь охотой здесь?
— Промысел — это за деньги, а меня зверье кормит. Живу я здесь.
— Где — здесь? — не понял я. — В лесу, что ли?
Я рассмотрел нашего спасителя.
