Я бежал, ломая кусты и борясь с еловыми колючками. Федя пыхтел сзади, отставая. В голове только одно: надо вернуться и забрать его ПМ. Но не хочу рисковать — завтра точно застрелюсь. Я остановился, прислушиваясь к тишине, где-то слышалось движение. Куда дальше?
Дверь своим ключом открыла, а на пороге туфли женские стоят и на вешалке пальто красное висит, яркое, как советский флаг. Она в спальню шмыгнула, а там картина маслом. Влюбленные в постели вино потягивают и ломтиками сыра голландского заедают. Морды довольные, как у молодоженов. И это все в годовщину их свадьбы, представляешь?
— Мда-а… — я почесал затылок, удивляясь похождениям номенклатурщика.
Видно, совсем страх потерял, если любовницу в дом притащил. Или был уверен в своей безнаказанности и неуязвимости.
— Мать скандал закатила, девку за волосы оттаскала и выгнала.
— А мужа?
— А что она ему сделает? Порыдала да простила. Он же нас всем обеспечивал. Куда она без бати… Свою зарплату она только на косметику тратила, и то не хватало. Работала, чтобы дома не сидеть. Скучно ей было дома.
— А сейчас тогда куда ушла?
— Да вот сам ума не приложу. Есть подозрение, что нашла себе кого-то. Что-то в ней с того случая надломилось. Может, все это время и искала пути отступления, и вот сейчас только решилась.
— Когда это было?
— Да года полтора назад.
— А любовница что?
— А ничего. Вроде отец с ней больше не встречался. Хотя, может, скрывать это научился. Он, вообще-то, если чего хочет, то добивается, но тут – даже не знаю. Но только я про нее уже год не слышал.
— А что за женщина была, не знаешь?
— Училка вроде какая-то… Точно не скажу. Лично ее не видел.
— Училка? — у меня аж ладони вспотели, но я старался не подавать виду. — Что за училка? — безразличным голосом продолжил я.
"— А хрен ее знает, отец как-то по по пьяни обмолвился мне, что молодая. Мол, учись, сын в МГИМО, продолжай династию. И сыт будешь, и женщины любить будут. Я спрашивал его про нее – мне интересно стало, и за мать обидно, но он редко чем делился и больше ничего так и не рассказал. А когда протрезвел, так вообще все отрицать стал. Дескать, наговорил с пьяну чепухи, нет у него никого и не было. Но потом, когда мать их застукала, я понял, что все это правда.
— Ты точно ее не знаешь? — допытывался я. — Может, говорил отец, в какой школе она работает или где живет? Или имя называл?
— Ничего такого не говорил, — Женька вскинул брови. — Да какая на фиг разница? При чем тут любовница? Я к тебе вообще-то по другому делу пришел. Просто выговорился маленько. Друзей у меня особо нет. Не с кем поделиться. Товарищей-то, конечно, полно. С которыми раньше кутил. Но они теперь от меня нос воротят.
