Автор
Встреча в холодном СССР: Вихрь бешеных хищников и мрачного неба нарушает спокойствие повозки, полной опасностей. Ясно видно, что время стечет один крик Ивана о подкреплении патронов, перед тем как еще одна смерть может свалиться на нас.
Для симметрии будет два фонаря, вникаешь?
— А зачем им говорить? — искренне возмутился актер. — Вы сами видели, как я народ веселил и речи толкал. Я же живость и изюминку внес. Теперь будет что вспомнить. А то, что драка из-за меня учинилась, так это только на руку. Всем запомнится такая свадебка. Чего обсуждать, как скучно сидели за столом, а моменты мордобития через десятки лет вспоминать будут. И улыбаться, и вздыхать от ностальгии. Какими мы все были молодыми и дурными… Так что сие торжество я ни коим образом не ущемил.
Я призадумался. А ведь Яков Андреевич чертовски прав. Без его присутствия свадьба смотрелась бы пресновато. Получается, что он сработал как подсадной тамада. Но бесплатно, за еду отрабатывает.
— Ладно, — махнул я рукой и вернул ему паспорт. — Обойдемся без отделения, – конечно же, никуда я его доставлять изначально не собирался, просто хотел пугануть и выгнать на улицу.
— А остаться мне нельзя? — умоляюще посмотрел на меня актер. — Хорошо тут у вас. Душевно.
— Как же ты останешься, если дядя Петя крови твоей испить хочет.
Гусар только по-барски махнул мягкой рукой.
— Да ерунда это все, вот увидите, через пять минут мы уже с ним брататься будем, выпьем по стопке, а он мне станет жаловаться на жизнь и рассказывать про то, что жена его страдает от алкоголизма.
— А разве его жена много пьет?
— Пьет он, а она – страдает.
— Проходи. Только женщин чужих не лапать, драк не учинять и серебро столовое не тырить.
— Да там нержавейка же. А с драками веселее, разве нет?
— Ничего веселого, травматология у нас в городе на пятом этаже, и лифта там нет.
— Ну, да, — вздохнул актер, потирая фингал, — такое только в нашей стране может быть.
Я пустил “тамаду” обратно в зал. Там уже все забыли про недавний инцидент и веселились вовсю.
Актер быстро влился в “родную” компанию и уже следующий тост задвигал (как всегда, стихами), предлагая выпить за преданность, декларируя о таком высоком чувстве незамысловатые строчки.
Опять умчались птицы в край неведомый,
И снова наступают холода…
И только мухи человеку преданы,
Не улетают, твари, никуда…
В общем, свадьба удалась… А наутро хмельные гости заполонили квартиру родителей Быкова (своей у Антона пока не было), чтобы подлечиться.
