Автор
В ближайшем будущем ты окажешься в России в начале семидесятых годов, где реформы и революционные изменения создают удивительную атмосферу. Нелегальные казино, рестораны на грани закона, и люди с высокими постами — все это заставляет тебя задуматься о тенистой стороне общества. Кто стоит за всем этим?...
— Досадно, — Горохов в задумчивости зажевал кончик красного галстука в белый горошек, потом опомнился и поспешил его выплюнуть. — Какие мысли, товарищи?
— Никита Егорович, — я встал для пущей значимости. — Важно вот, что. Трое человек, что принимали участие в осмотре места происшествия почти двухгодичной давности — мертвы. Дубов, понятой Печенкин и судмед Востриков, которого в служебных кругах называли дядя Леня. Уверен, что какая-то связь между их смертями должна быть.
— Ну, пенсионера Вострикова не убили, — отмахнулся Горохов.
— Согласен, — кивнул я. — Но как-то странно все это… Я бы проверил одного человека.
Горохов громко, напоказ хмыкнул."
"— Дай угадаю… Гошу Индия? Думаешь, он спустя время слетел с катушек и стал убирать всех, кто тогда был на месте убийства его дочери?
— Звучит неправдоподобно, но проверить его не мешало бы. Хотя бы для того, чтобы отмести. Для успокоения, так сказать.
— И что ты предлагаешь?
— Есть у меня мысль… Встречусь с ним сегодня в “Октябре”.
***
Полумрак ресторанного зала стелился табачным дымом и завыванием одинокого саксофона. Я сидел на диванчике и потягивал вино. Гоша еле сдерживал улыбку, рад был меня видеть. Что-то лениво рассказывал о последних событиях в городе. Знал бы он, зачем я здесь на самом деле, так бы не радовался.
— Ну ты чего молчишь, Курсант? — ткнул он меня по-свойски плечом, подливая вина в бокал.
Тогда я без лишних объяснений вытащил фотку алкаша Печенкина и положил перед ним на стол:
— Тебе знаком этот человек?
Гоша повертел фото в руках, почесал лоб:
— Морда вроде знакомая, но не помню, где я его видеть мог.
— Нет, проехали.
Дзинь! Мы чокнулись. Сегодня Гоша перешел на вино, почему-то изменив излюбленному коньяку. Мы опустошили сначала одну бутылку, потом вторую. Закусили креветками и нарезкой сыра.
— Я в туалет, — Гоша, наконец, встал и направился в противоположную часть зала.
Я проводил его взглядом. Охранник отвернулся, скучающе подпирал белокаменную колонну.
— Что-то ты хмурый какой-то, — он вернулся минут через пять и похлопал меня по плечу.
