Автор
В заседании кабинета спецгруппы летним утром 1982 года в Москве, где тихо шел дождь, работа казалась бесконечной рутиной. Встреча начавшись рутинно, но каждый участник смотрел за своими делами: Горохов читал сводку утра, Погодин вздыхал, Катков записывал каждое слово, а я сосредоточенно считал воробьев за окном. Только Светлана внимательно слушала Никиту Егоровича....
Пустой зал встретил белыми скатерками, скучающей барной стойкой, за которой на полках красовались пустые бутылки с красивыми этикетками и накрепко склеенные коробки из-под конфет.
— Меня зовут Андрей Григорьевич, — мы уселись за один из столиков, на котором стояла одинокая металлическая черная обезьянка, державшая в одной руку солонку с перцем, а в другой с солью.
— Марь Иванна, — приветливо кивнула работница ресторана.
Я улыбнулся. Сразу вспомнились анекдоты про Вовочку, которые скоро будут в ходу. Считается, что прототипом для героя послужил мальчик Володя из Симбирска, который хорошо учился, слушал папу и маму, закалялся, был сильным и смелым пионером.
— Вы не знаете этого человека? — я положил фото Артурчика на стол. — Примерно полгода назад его задержали в вашем ресторане за нарушение общественного порядка.
— Конечно, помню! — Марь Иванна вцепилась в фотокарточку. — Это же артист! Не помню имени, но как он пел, как пел… Каждый вечер у нас отдыхал. Как выпьет, так на сцену лезет, — женщина кивнула на приступок в глубине зала, где из полумрака торчала нехитрая звуковая аппаратура в виде колонок, барабанной установки, ионики и прочих микрофонных стоек.
Интересная картина, а в театре меня убеждали, что работать он не любитель. А тут глотку за просто так драл.
— Так что насчет дебоша? — продолжил я.
— Не было ничего такого, — пожала плечами заведующая.
— Вот как? — я задумчиво щёлкнул по носу обезьянку, что слушала нас, развесив уши. — Никаких неприятностей он вам не доставлял?
— Какие неприятности? С его приездом у нас клиентов стало больше! Всем хотелось услышать итальянца, что поет на чистом русском.
— А кто вам сказал, что он итальянец?
— Так он сам и сказал.
Очевидно, она нисколечко не сомневалась в правдивости гостя.
— Спасибо, Марь Иванна, вы мне очень помогли.
— А случилось-то чего?
— Итальянца этого, Артура Дицони, убили.
— Как — убили? — женщина снова стала похожа на лемура. — Такого мужчину!
— Вот то-то и оно. У него точно не было здесь конфликтов?
— В нашем заведении — нет. А вот когда он уехал… Выяснилось, что девчонка одна от него, говорят, забрюхатела.
— Кто такая?
— Да не знаю я. Может, это вообще слухи.
