Автор
Под московским небом лето тихое и приветливое. Подмосковный поселок Рублевка в июне 1986 года радует глаз свежестью после дождя. Здесь еще не устремляются богачи и политики, но многие из модных коттеджей уступают их по фешенебельности. Новые дома строятся на средства государства для партийцев, артистов и звезд спорта. В этом месте живут настоящие люди в тени величия элиты....
— Меня Андрюша зовут, а вас?
Такое поведение обезоружило «гопника», он зло плюнул мне под ноги, что-то буркнул и направился к выходу.
— Так как вас зовут? — крикнул я вдогонку.
— Называй меня дядя Альберт, салага, — процедил он и скрылся в зале.
Я наспех переоделся и вышел следом. Там уже тренер всех построил в одну линию на татами. Мужиков навскидку около десятка. Я встал во главе строя.
Присутствующие тихо заржали.
— Тишина! — гаркнул тренер и повернулся ко мне. — Новенький, встань в конец шеренги!
— А, понял, — закивал и перепорхнул на нужное место.
Среди присутствующих я смотрелся в каратистском белоснежном с иголочки кимоно, как цапля среди серых гусей.
Тренер дал отмашку, и строй побежал по кругу на разминку. Что ж, все побежали, и я побежал.
— Перешли на гусиный шаг! — гаркнул Палыч."
"В позе пингвинячьих самцов, которые высиживают яйца прямо на ходу, таская их под брюхом, мы затопали по кругу.
Я отчаянно халтурил, приседал до неполного «гуся». Оно и понятно, я же цапля.
— Новенький! — ткнул в меня узловатым пальцем тренер. — Жопу ниже! Ползешь, как беременная муха!
Зал опять заржал. Мне здесь явно были не рады. Вот только почему тогда Палыч разрешил мне остаться? Почему сразу не дал от ворот поворот? Наверное, хочет, чтобы сам ушел. Если каждого отфутболивать просто так, то спорткомитет могут жалобами закидать, дескать, что за секция такая у вас, закрытая. Ведь пока в СССР все секции государственные. Да и помещение казенное. Значит, тренер ждет, пока сам сольюсь.
Стандартная разминка включала в себя махи ногами, руками и мотание другими выступающими частями тела, в том числе головой. В заключение — отжимание от пола и непременно, по заветам Шаолиня, на кулачках.
Выполняя это упражнение, я отклячил задницу повыше, приняв позу буквы «зю», и халтурно отжался десять раз. При этом локти мои дрожали, а сам я пыхтел, а на десятом разе так вообще мордой в ковер уткнулся, типа, все, сдох Бобик. В общем, продолжал играть роль хорошего шахматиста.
