Честный опер Андрей прожил жизнь без компромиссов, потеряв карьеру, семью и здоровье. После гибели в схватке с преступником он получает невероятный шанс — вернуться в прошлое. Теперь перед ним выбор: исправить ошибки или остаться верным своим принципам, даже если это стоит ему всего.
Раздел Chitat.online для книги «Назад в СССР» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Честный опер Андрей прожил жизнь без компромиссов, потеряв карьеру, семью и здоровье. После гибели в схватке с преступником он получает невероятный шанс — вернуться в прошлое. Теперь перед ним выбор: исправить ошибки или остаться верным своим принципам, даже если это стоит ему всего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Рафаэль Дамиров Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Честный опер Андрей прожил жизнь без компромиссов, потеряв карьеру, семью и здоровье. После гибели в схватке с преступником он получает невероятный шанс — вернуться в прошлое. Теперь перед ним выбор: исправить ошибки или остаться верным своим принципам, даже если это стоит ему всего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вон сколько «жирных» коммунистов пришло (в зал зашли презентабельного вида новенькие, с красными разгоряченными мордами и немного сбитыми прицелами). Те хоть побогаче выглядят и явно подшофе. Самая что ни на есть излюбленная и сладкая добыча. Такие обычно после пятого кона идут ва-банк, а потом еще часики импортные или зажигалки с позолотой заграничные ставят. А тут студентик сидит и нос воротит. По-крупному не хочет играть. Осторожничает, как Штирлиц в кабинете у Мюллера.
Я прикинул свои фишки, долг отдать уже хватит. Нужно сливаться. Грамотно как-то. С концертом по заявкам. Прокурорский мне в помощь.
Я встал и громко проговорил:
— Позвольте! А карты-то крапленые!
— Что вы такое говорите, молодой человек? — воскликнул интеллигент.
— Ну как же? Посмотрите сами. Я взял колоду и согнув ее пролистнул быстрыми щелчками. Карты вроде все одинаковые, но рисунок рубашки в левом верхнем углу отличался при быстром пролистывании нанесенными на нем почти незаметными точками. Словно иголочкой прокололи и затерли. Точки расположены на разных картах в разных местах по условному циферблату. То есть, если туз на двенадцать часов, то король на час, и так далее. Ботаник решил молчать и не встревать. Профессор заохал и сделал вид, что тоже ужасно удивлен и расстроен. Ко мне повернулся Дубов:
— Парень, подойди. Что не так с картами?
Я с возмущенным видом подошел к его столику и показал «фокус» с колодой, при котором крап виден сразу.
Дубов нахмурился и сгреб свою колоду. Проделал с ней то же самое. Все те же «наколки» мелькали на рубашке левого угла. Он непонимающе пригладил усы. Только сейчас до него стал доходить секрет его частого везения. Игроки за остальными столами на нас озирались, но из-за оживленных разговоров и музыки не поняли в чем дело. Подумаешь, студент и солидный дядька насупились. Мало ли. Может проигрались.
Глеб Львович отшвырнул колоду и уничтожительно глянул на своих соперников. Те лишь хлопали глазами и пожимали плечами, мол, ничего не знали, сами вот проигрались.
Дубов решительным шагом направился к барной стойке и хлопнул об нее фишки.
— Обменяй по курсу, — небрежно кивнул он официанту.
— И мои тоже, — я положил рядом стопку своих фишек.
Официант с заискивающей мордой нашкодившего барсука мигом сосчитал номинал и выдал нам родные деревянные.
Дубов направился к выходу, я шмыгнул за ним. Прошли через двойное отсечение тамбура (наружную дверь нам открыл охранник, когда запер за собой внутреннюю) и очутились на улице. Я с удовольствием вдохнул влажность свежего воздуха. Даже вблизи кочегарки он казался необычайно чистым со вкусом свободы.
— Подвезти? — буркнул Дубов, мельком глянув на меня.
— Спасибо, не откажусь, — кивнул я.
