В рваном шкафу моего кабинета лежит телефон из другой эпохи. Его диск сейчас выглядит как стареющий слон. Я берег его, как монах невинность, даже когда коллеги-оперативники пытается на него глазурь навешать. Взглянув в этот прошлое окно, я готов отправиться на розыск.
Но ты обязательно покажись. Мужик он въедливый, если в обход пойдешь, припомнит тебе потом. Я твое личное дело ему уже унес.
— Такое внимание к простому слесарю? — удивился я.
— Вот именно, что с сегодняшнего дня не к простому. Ты приказом начальника включен в сборную. Будешь лицом нашего УВД на межведомственных соревнованиях, и соответствовать статусу должен. Так что иди к замполиту. Прямо сейчас.
Я еще раз «козырнул» с деланым усердием и вышел в коридор. Кабинет замполита располагался на первом этаже напротив выхода из здания.
"До этого я видел его только мельком.
— Разрешите? — я застыл на пороге.
Кабинет замполита выгодно отличался от остальных размерами и своеобразным «убранством» в коммунистическом стиле и даже напоминал Ленинскую комнату. На стенах вымпелы, в углу красное знамя на массивном древке. Портреты вождей смотрят куда-то вдаль.
Помещение непривычно светлое и даже дышится на удивление легко. Потому что окно открыто.
За аскетичным столом сидел возрастной мужчина в форме подполковника милиции. Лицо изрезано морщинами, глаза и волосы выцвели от возраста.
Он расположился у раскрытого окна и потягивал чай из граненного стакана в серебристом подстаканнике.
Подполковник, он же Трубников Степан Прохорович, молча кивнул мне и указал на стул напротив него.
— Петров Андрей Григорьевич, отдел криминалистики, — представился я и сел.
Странно. Из всех начальников в УВД, с кем пришлось мне столкнуться, этот единственный, кто предложил мне стул. Может уловка такая? Мягко стелет, да жестко спать.
— Я знаю, кто вы молодой человек, внимательно изучил ваше дело, — замполит не сводил с меня пытливых глаз с хитринкой и немного щурился, будто скрыто улыбался. — Расскажите, Андрей Григорьевич, как вы медаль получили?
Началось… Пуще КГБ-шника. Что всем далась эта медаль. Награда продвигать героя должна, а такое ощущение, что она меня компрометирует.
Пришлось рассказать замполиту очередную сказку про молодого и бдительного комсомольца. Он внимательно слушал. Достал беломорину и закурил, стряхивая в бронзовую пепельницу в виде ежа.
— Похвально, — кивнул Трубников, — такие люди нам нужны. Только я характеристики вашей не вижу в личном деле.
Подполковник перебирал сшитые листочки. Я привстал и заглянул сверху на письменный стол.
