В рваном шкафу моего кабинета лежит телефон из другой эпохи. Его диск сейчас выглядит как стареющий слон. Я берег его, как монах невинность, даже когда коллеги-оперативники пытается на него глазурь навешать. Взглянув в этот прошлое окно, я готов отправиться на розыск.
Ильича пошоркаю скальпелем, краску на исследование возьму и все.
— Да, да, — закивал Витя. — Это я так, на всякий случай.
— Не с-сы, Витек, разберемся.
— Спасибо…
— Пиво не забудь. Две чебурашки, только бери в темном стекле. В таких оно вкуснее.
* * *На широкой площади напротив горисполкома на каменном постаменте возвышался бронзовый вождь мирового пролетариата. Вытянутую вперед руку гиганта пометили белесыми отложениями голуби. Вторая рука согнута в локте и уцепилась за нагрудный карман.
Интересно получилось. Почти в каждом городе (даже в мое время) есть памятник Ленину, а памятников Сталину нет. Хотя в свое время их было не меньше. Хрущевская дестанилизация сделала свое дело. Иосифа вынесли из мавзолея и снесли все памятники. Многие из них ставились в алтарях полуразрушенных церквей и подворьях монастырей.
Макушка памятника залита синей краской. Высохшие потеки стекли до самого низа. Рядом уже стояла пожарная автолестница на базе лупатого ЗИЛ-131, выкрашенного в ярко красный цвет. Ждали только нас. После оформления, планировалось быстренько устранить казус и отмыть Владимира Ильича.
Вокруг столпился народ, пузатые дяди в костюмах серой номенклатуры, пара прокурорских в синих «летных» мундирах, и несколько подтянутых мужчин в неприметных пиджачках и с колючими взглядами.
Народу собралось, как на громкое убийство. Молоденький безусый следователь в погонах лейтенанта, что приехал со мной (видно только недавно выпустился из школы милиции) оторопел, увидев столь многочисленное скопление очень уважаемой публики. Он вертел в руках бланк протокола осмотра места происшествия и все никак не мог начать писать.
Потел, краснел и вытирал рукавом кителя лоб. Я подошел к нему вплотную и тихо проговорил, чтобы зеваки и другие партийцы ничего не слышали:
— Пиши, что стоишь?
— Я не знаю с чего начать, — пролепетал летеха, — Нас учили кражи описывать, а тут… Владимир Ильич…
— Это почти то же самое, только представь, что памятник, это место проникновения в дом.
