Я осталась полностью беспомощной, без возможности пошевелиться, ослепшая и обнажённая, в полной власти вампиров. Испугало ли меня это? Болезненная пульсация между ног и гулкая пустота в груди говорили об обратном. Я жаждала продолжения, по телу прошла дрожь предвкушения от ожидания, и нервы натянулись до предела, тихонько звеня. Тишина окутала ватным покрывалом, и я слышала только своё неровное дыхание да стук сердца в ушах.
Через несколько мгновений моего тела коснулось… нечто. По ощущениям — вроде как пучок чего-то мягкого, невесомо скользившего по коже, оставляя за собой шлейф щекочущих мурашек. Странный предмет прошёлся по груди, подразнив напряжённые соски, спустился на живот, тут же поджавшийся от ощущений, и одновременно чьи-то ладони легли на мои бёдра, властно надавив на них.
— Ноги пошире, Лёля, — тихий голос лорда Мартина около уха, его горячее дыхание на шее, и усилившееся напряжение, от которого перехватило горло.
Я послушно расставила ноги, чутко прислушиваясь к звукам, пытаясь понять, что же будет дальше, а непонятная штука в руках лорда Валентина — я так думала, уловив аромат сандала, — продолжала порхать по моему телу, делая кожу сверхчувствительной к малейшему прикосновению. Бёдра, снова живот, вокруг талии, вверх по спине, вдоль позвоночника — я не удержалась, выгнулась, судорожно вздохнув. Потом предмет спустился на мою попку, нежно прошёлся по ягодицам, скользнул между ног, родив вспыхнувшие внизу живота искры. Они превратили кровь в вязкий сироп, медленно тёкший по венам, и я настолько углубилась в собственные ощущения, что вкрадчивый шёпот лорда Мартина прозвучал для меня громом:
— Считай, Лёля. Их будет десять.
Чего — десять, спросить не успела. Я услышала тихий свист воздуха, и в следующий момент нежную кожу на попке обжёг удар. Не сильный, и даже почти не болезненный: ягодицы защипало, а я тихо вскрикнула скорее от удивления, чем действительно от неприятных ощущений. Тут же к месту удара прижалась прохладная ладонь одного из вампиров, мягко сжала чуть-чуть саднившее полушарие, и меня окатила волна ощущений. Приятно, немножко стыдно, а сердце забилось ещё быстрее, и казалось, кожа сделалась совсем тонкой, обнажив все нервные окончания. Молнией сверкнула суматошная мысль: меня только что ударили, и мне это понравилось. Но задуматься крепче над столь странной собственной реакцией я не успела. Пальцы сжали мою попку, причинив болезненное удовольствие, и требовательный голос лорда Мартина повторил:
И я послушно повторила осипшим голосом:
Снова томительное ожидание, где же прикоснётся странное орудие лорда Валентина — мне почему-то казалось, это именно он его держит. И да, где же будет второй удар.