Автор
Анджеер — сын императора Аддриера Первого — внезапно исчезает из виду. Его секретная служба утверждает, что он взлетел на крыльях любви через третий этаж в обмен на бесстрашие и невидимость. Внучка императрицы Наталия не верит этой истории и продолжает поиски своего сына, открывая тем самым глубокую тайну императорского дома и загадочное происхождение Анджеера....
А вот близнецы уже в курсе…
— Они тоже тут, что ли?
— А ты думал, ты один любишь развлекаться?
— И… — Ежи оглянулся, — где они?
— Там, где надо… Наверно, уже в комнате… Пошли, что ли?
— Но, как так быстро?
— Ну так дикари же степные, чего ты хочешь? — развел руками Волк, поднимаясь одним слитным движением и топая в сторону генеральского дома, — они сразу за ней пошли…
— Но почему я их не видел?
— Потому что не должен был…
— А если поймают?
— Кого? — с искренним изумлением повернулся к Ежи Волк, — их? Это смешно, твое высочество… Пошли, пока они не утащили твою девочку, как свою добычу, а то, боюсь, переклинит братишек…
После этого Ежи торопливо подхватился и поспешил к дому генерала в то крыло, куда указывал Волк.
А, подойдя ближе, понял, что близенцы и в самом деле шустрые. Даже слишком. Потому что тонкая лестница, которую по уверению Волка, воровка втащила внутрь комнаты, стояла, прислоненная к стене дома снаружи…
Из кустов неподалеку молчаливой тенью вышагнул один из близнецов, и Ежи опять вынужден был признать правоту Волка: если бы степняк не обозначил себя специально, принц бы ни за что его не увидел.
— Долго, — оскалился степняк, мотнул подбородком в сторону окна, — там пока тихо. Пошли.
— А второй где? — спросил Ежи, оглядываясь.
— Там, — кивнул близнец на окно.
После этого Ежи без вопросов полез по лестнице.
В комнате было темно и пахло нежными девичьими духами вперемешку с острым запахом пота и конюшни. Близнецы тут погуляли чуть-чуть, похоже, пока Волк Ежи успокаивал.
Второй степняк обнаружился к самом темном углу комнаты. Причем, обнаружился сам, только потому что хотел. А до этого даже намека на его присутствие не было.
Он махнул непрошенным гостям, приглашая разделить с ним засаду, и опять уселся у стены на корточки.
Ежи отстраненно подумал, что это — самая любимая поза для степняков. Они в ней могли часами сидеть, на привалах, когда не требовалось что-то делать. Сам Ежи дольше пяти минут в таком положении не выдерживал, а потому просто опустился на пол, подогнув под себя ноги, и уставился на близнецов.
Волк, легко шагнув в сторону, растворился в тени огромного шкафа неподалеку.
— Ну? — спросил Ежи у ближайшего к нему близнеца.
