Автор
В ночной тишине город слышится треск ветки и шорох под ногами — знак того, что кто-то ищет укрытия от холодной ночи. Вдруг видишь мать ребенка, толкающую его к тебе. Она делает это за выгоду в бизнесе. Какова же история? Папа оправдывает свое предпринимательство, а дочь — любовницей своего сына. Все кажется чудесным сказком, но на самом деле — черной магией и неразделенной тоской....
Обжигающая жидкость скользит по пищеводу и падает в желудок. Сразу пьянею… Голову кружит!
— Привет, Беркут… — подсаживается ко мне шатенка. — Я посмотрю?..
Тянется наманикюренными пальцами к моей шее. Отстраняюсь, не позволяя ей оттянуть воротник. Со сдержанной улыбкой отрицательно кручу головой.
— Да ладно… Мне нравятся шрамы и тату. Я видела мельком, ты показывал… Хочу рассмотреть.
Скользит пальцем по моей груди, подсаживается ближе. Её губы утыкаются мне в ухо:
— Мне не нужен твой голос… Мы с тобой «поговорим» телами…
Прикусывает за мочку.
Она покусывает кромку моего уха, наглаживая бедро. Закрываю глаза, представляя, что это делает Ника. Но вот косяк — в моих фантазиях Ника никогда не делает ничего взаимного. Только сопротивляется. Я честно пытаюсь каждый раз это переиграть, но как только мне удаётся, то Ника превращается в кого-то другого. Типа этой шатенки. И сейчас образ Ники никак не включается.
Ловлю кисть шатенки, снимаю её с бедра. Наливаю ей ещё вина в бокал и сваливаю из-за стола на балкон с сигаретой. Следом выходят друзья.
Мой телефон звонит. Меня уже давно не дёргают звонки. Я на них не могу ответить. Но я смотрю на экран, чтобы понимать «кто» и куда потом написать, если что-то важное.
Ника!!
Поперхнувшись дымом, глухо закашливаюсь, шокированно смотря на экран.
— Сань?..
— Беркут!
— Ты чего?
Растерянно поднимаю глаза, чувствуя, как неприятный мандраж идёт по груди и шее от того, что я не могу взять трубку.
— Она?.. — вглядывается мне в глаза Лёха.
Киваю.
— Она не знает, да? Что ты не можешь говорить?
Опять киваю.
— Дай! — тянет он руку.
Отвожу телефон подальше, отрицательно качая головой.
«Нет», — губами.
Звонок прекращается, я открываю переписку. Там голосовое. Запарившись, рефлекторно жму, оно включается на громкую.
«Слышишь, чувак, ты тут имеешь борзость моей невесте писать, так имей борзость за это ответить. Возьми трубку».
Включаю ещё раз.
— Эээ… — пьяно возмущается Серый. — Это что за мудак?
Я знаю, что это за мудак…
Меня взрывает до темноты в глазах от того, что я не могу ему ответить за себя. Но и писать ему послания на Никин номер я тоже не буду. Глупо разбираться при женщине.
Он звонит ещё раз. Я обтекаю, блять… У меня есть только один способ ответить за себя.
