Автор
В ночной тишине город слышится треск ветки и шорох под ногами — знак того, что кто-то ищет укрытия от холодной ночи. Вдруг видишь мать ребенка, толкающую его к тебе. Она делает это за выгоду в бизнесе. Какова же история? Папа оправдывает свое предпринимательство, а дочь — любовницей своего сына. Все кажется чудесным сказком, но на самом деле — черной магией и неразделенной тоской....
Встаю и тяну её за руки на себя. Ника как гуттаперчевая куколка… Снимаю с неё плащ.
— Что ты делаешь? — обнимает себя за обнажённые плечи.
Застилаю диван постельным бельём. На кровати ей было бы удобнее, но она двуспальная. И я боюсь, что Ника воспримет это как то, что я планирую разделить её с ней. А диван сложен. И второго там не предполагается. Ей будет спокойнее.
Кладу на спинку новую футболку подлиннее.
«Ложись спать», — говорю ей губами. Ухожу к окну, отворачиваясь от неё. И долго смотрю на фонари, давая ей время переодеться.
Ника…
Здесь…
Со мной…
Закрываю глаза.
Как это могло бы быть чудесно… Но обстоятельства, увы, ужасны.
Глава 16 — ""Нет"" (Ника)
Я закрываю глаза, делая вид, что сплю. Сама же наблюдаю из-под приоткрытых ресниц за этим Сашей. Он тоже не спит. Повалялся… покрутился на застеленной кровати… и снова поднялся. Сидя по-турецки ко мне спиной, смотрит в своё огромное окно.
Собака наконец успокоилась… В комнате стало тепло, и я согрелась.
С хрустом размяв шею, Саша стягивает с себя чёрную водолазку. Настольная лампа бросает тени, и рельеф его спины смотрится очень внушительно. Плечи широкие… Хотя сам он не выглядит массивным. Скручивается, разминая тело. На плече тату — морда овчарки и «ПВ». Что это значит? Я совсем не разбираюсь в таком.
Уже не в джинсах, в спортивных домашних штанах. Пояс низкий… Пистолета за ним больше нет. Наклоняется над столом, перебирая журналы.
От усталости и тепла клонит в сон. Но страшно… Его боюсь? Бояться его такого — спокойного, домашнего — не получается. Никак мне не верится, что человек, который целовал мою ладонь, надевал на меня носки, грел мои руки в своих, может сделать что-то плохое, когда я усну. Это какой-то бред… Мало того, я, наверное, сошла с ума от происходящего, но мне хочется попросить его о помощи.
Но это тоже бред, ведь он — причина того, что мне нужна помощь.
«И вообще, — напоминаю я себе, — он убил человека!» Жестоко раздавил его. Он в меня целился. Похитил! Удерживает силой! Папе не звонит…
И я испытываю глубокое чувство обиды на этого странного Сашу. Такое, которое можно испытывать только к близкому человеку, когда он ведёт себя как чужой и жестокий. Не ненависти, а именно обиды. Вот что со мной не в порядке?..
