Автор
В ночной тишине город слышится треск ветки и шорох под ногами — знак того, что кто-то ищет укрытия от холодной ночи. Вдруг видишь мать ребенка, толкающую его к тебе. Она делает это за выгоду в бизнесе. Какова же история? Папа оправдывает свое предпринимательство, а дочь — любовницей своего сына. Все кажется чудесным сказком, но на самом деле — черной магией и неразделенной тоской....
Мне нужно всего ничего, чтобы улететь! Но моя принцесса с криками взлетает первой, ее бедра судорожно дрожат, пальцы стискивают простыню, по груди красные пятна от прилившей крови, вена на шее бьётся!.. И я едва успеваю поймать себя, чтобы не кончить в неё!
С сожалением покидают ее тугую плоть и кончаю на гладкий лобок. Тяжело дыша, размазываю капли спермы головкой. Ловя последние приятные ощущения, и продлевая свой кайф.
Падаю рядом с ней.
Сжимаю ее пальцы, не открывая глаз подношу к губам и целую ладонь. Оставляю кисть на своих губах.
Все… я иссяк… до утра. Но утром…
— Только попробуй провернуть такое утром!.. — сонно шепчет она с угрозой в голосе. — Только попробуй… я не знаю, что с тобой сделаю… — затухает ее голос.
Беззвучно смеюсь. Мне кажется, мы на таком уже уровне сонастройки, что моя волшебная принцесса читает мысли.
Вылетаю в какую-то пограничную эйфорию между сном и явью. Порхающее чувство нежности в груди, удовлетворенное расслабленное тело и отсутствие боли, тоски, безнадеги…
Я в раю?.
Мне кажется — да! Где-то очень далеко… в другой реальности… в кармане моих шорт коротко вибрирует телефон.
Ника уютно ёрзает рядом.
Погружаюсь в сон глубже, чувствуя, как она целует меня в ладонь и гладит подушечку каждого пальца своим прохладным.
Отрубаюсь…
Глава 30 — (Ника)
Целую горячую большую ладонь, зажимая в руке его телефон.
В ушах стучит от адреналина.
Не просыпайся только, мой Неангел! Умоляю!..
Аккуратно прикладываю окошко сенсора к его пальцам. И на указательном блокировка снимается.
Тихонечко встаю с кровати и на цыпочках бегу вниз.
Закрываюсь в сауне. Здесь уже не жарко. Просто тепло… Периодически двигаю по экрану пальцем, чтобы не заблокировался.
Прости меня, Саша. Я только сообщу папе, что я в порядке. И всё!
Вдруг ты завтра передумаешь меня отпускать?
На экране мигает последнее деление. Телефон практически разряжен. Нужно успеть позвонить.
Набираю папин номер. Гудки… гудки…
— Слушаю Вас, — сонно.
Открывают рот и… закрываю. Это не голос отца.
— Да? Я Вас слушаю.
Меня почему-то окатывает страхом. Интуитивно.
— Мм… Могу я услышать Павла Градского?
— А кто спрашивает? По какому вопросу?
Растерянно скидываю вызов. Со страхом прислушиваясь к себе. Почему ответил не папа?.. Он никогда не отдаёт свой телефон.
Это связано с тем, что Саша не позволяет позвонить мне ему? Я должна была сказать этому человеку, что звоню я? Может, папе кто-то угрожает и это служба безопасности? Саша что-то такое пытался сказать мне.
