И встретила Ярославу и прочих с улыбкой. Но кого она пыталась обмануть?!
— Что случилось? — нежно проворковала Ярослава за чашечкой чая в гостиной, когда наконец-то все приветствия были позади, а некоторые уже приступили к работе.
Так, Тихомир в стороне вовсю обсуждал что-то с дядей Элианы, эйром Таникуром — у них были общие планы по производству целительских зелий. Родня из Истрока хоть и подивилась, что молодая вдова Маккин живет в отдельном флигеле, а не в огромном доме родителей, но допытываться не стали.
Рядом с дамами на диванчике сидела с чашечкой в руках старшая кузина Элианы, Бианс Таникур, но все ее внимание было в стороне. И нет, не отцом она любовалась, не сводила глаз с Тихомира. Родственники то не знали, что это иномиряне, считали визитеров Маккин котронцами — именно такая была официальная версия для всех непосвященных.
— Разве что-то случилось? — похлопала ресницами Элиана, в присутствии родни изображающая воспитанную эйру.
Покосившись на юную Бианс, которая с начала визита не издала ни слова и лишний раз даже взгляда не поднимала, Ярослава осторожно отставила чашечку на блюдце и негромко сказала:
— Девушка ничего не услышит. Только полог я недолго продержу, признавайся быстрее. Что случилось? Ты потускнела. Почему сбой в твоих силовых потоках?
Элиана тоже вернула чашку с безвкусным чаем на стол и выдала без утайки:
— Мы с Раймондом расстались.
— Почему? — взлетели идеальные брови Ярославы.
— Мы… не сошлись характерами, — ответила девушка, еще раз покосившись на кузину и не собираясь вдаваться в подробности.
— О! Кто из вас провинился? Хотя не говори, ясно же, что он. Да? Потому что он так на тебя смотрит обычно, что, думаю, точно не стал бы инициатором расставания.
— Плохо он смотрел, раз… косоглазие себе заработал. Такой глазастый, что успевал сразу в несколько мест смотреть! — тихо зашипела Элиана. — Так что пусть теперь идет лесом!
Бианс в этот момент повернулась и смущенно им улыбнулась. Элиана замерла, а Ярослава мило улыбнулась в ответ юной эйре и сказала:
— Не переживай, она наши разговоры совершенно не слышит. И запомнит лишь, будто мы о погоде и платьях говорим. Что же касается вас, то… как говорится, милые бранятся…
— Нет! — выдала Элиана, может, громче нужного, раз Тихомир, сидящий довольно далеко, в тот же момент оглянулся на них.
Или просто совпадение, поскольку Бианс похлопала ресничками, как ни в чем не бывало, и уткнулась взглядом в свои коленки, над которыми держала на весу чайную пару.
— Мы расстались. И говорить больше не о чем!
— Эх, молодежь, — вздохнула полной грудью в скромном декольте Ярослава, рассеянно покрутив тонкостенную чашечку на блюдце за ручку вокруг своей оси. — Всё бы вам торопиться и сплеча рубить.