Автор
Роман приглашает Евгению ко всемы себе на работу — чрезвычайно острая Женька Смирнова, который уже давно стала любимой подчиненной, но теперь и боссом. Уютный кабинет остается холодным из-за застекленного окна, а зима не собирается уступить свои права.
— Что? — замечает мой взгляд Женька и подозрительно косится на меня. — Первая сигарета за день.
— Да кури, — вздыхаю устало, не отрываю взгляда от ее лица и мне впервые кажется, что она немного смущается. — Красивая ты баба, Жень, а сразу так и не скажешь. Что на заводе забыла? Нашла бы себе богатенького, и не знала бы бед."
"Смирнова усмехается, выпуская дым изо рта, и задумчиво смотрит вдаль, кутаясь в куртку.
— У богатеньких нет сердца, Роман Петрович. Вот сейчас я одета, как кукла, и отношение ко мне такое же.
Я поднимаю брови, ехидно улыбаясь. Личность? Это меня слегка забавляет.
— Личность, которая курит и ругается матом на работе, как сапожник?
Она смеётся:
— Ну и что? Зато я добрая. Людям помогаю, животных люблю… кроме Ирки.
Не могу сдержать короткий смешок. Женя — наивная, бесспорно, но всё же это в ней и цепляет. Прямолинейная, простая, бесхитростная.
— Эх, Женя. Наивная ты еще пока, дурная. — приобнимаю ее за плечо. — Мужики любят за сиськи и качественный секс.
Она смотрит на меня с едкой усмешкой:
— Вам, конечно, с высоты жизненного опыта виднее.
— СМИРНОВА!
Вот заноза, знает, как под кожу влезть!
В этот момент я испытываю такие противоречивые чувства… Женьку хочется одновременно придушить и выебать. Причем, я даже не знаю, что хочется сильнее.
Оборачиваюсь к ней и неторопливо притягиваю ее к себе за куртку, нависая сверху.
— Да шучу я, шучу, — дает заднюю Смирнова, явно смущаясь нашей близости и пытаясь выкрутиться. — Вы так смешно реагируете просто.
— Обожаю женщин с юмором. Они в постели такие потешные. — шепчу, склонившись к ее лицу и пристально глядя в глаза.
Мы сейчас так близко. Наши губы всего в нескольких сантиметрах друг от друга.
— Роман Петрович, — шепчет Женя, будто окаменев в моих руках, — вы меня пугаете.
Глава 7. Роман
— Я ж пенсионер, Смирнова. Что меня бояться? Сейчас вставную челюсть в стакан положу, и всё, безобидный.
Вижу, как в глазах Женьки тут же появляются лукавые искры.
— А как же куни? — хмыкает и тихо хрюкает от сдерживаемого смеха.
Усмехаюсь. Грубо и неожиданно, как и всё, что исходит от этой девчонки. Хочется ей рот с мылом помыть. А потом все же поцеловать.
— Смирнова, я не понимаю, ты премию точно хочешь? — произношу, сдерживая улыбку и стараясь держать серьезный тон.
