Автор
Роман приглашает Евгению ко всемы себе на работу — чрезвычайно острая Женька Смирнова, который уже давно стала любимой подчиненной, но теперь и боссом. Уютный кабинет остается холодным из-за застекленного окна, а зима не собирается уступить свои права.
С сомнением хмурю лоб, не понимая, чего я такого смешного сделала.
Когда, наконец, настает моя очередь парить его, кутаюсь и отворачиваюсь, потому что Роман Петрович собирается снять полотенце. Жду.
— Я готов. — слышу и оборачиваюсь, теряя дар речи.
Роман Петрович лежит обнаженный, едва помещаясь на настиле. Его тело выглядит мощно и дико сексуально. С трудом отвожу взгляд.
Как много скрывается за строгим костюмом, оказывается.
— К труду и обороне? — усмехаюсь, стараясь скрыть смущение. Вытаскиваю веники из кадки.
— А что, мне придется обороняться? Ты будешь ко мне приставать? — игриво хмыкает он. — Я не против.
Ржу, но мой взгляд непроизвольно цепляется за красивое рельефное тело и накачанную задницу босса. Его… хочется потрогать. Погладить. Впиться ноготками в ягодицу.
Ох!
Из груди вырывается судорожный вздох, потому что живот внезапно скручивает спазмом. Вот это да! Надо заканчивать с такими фантазиями, а то я чувствую, как возбуждение совершенно некстати начинает разливаться по телу.
Стараюсь сосредоточиться и начинаю парить.
— Да что ж ты так слабо? Давай посильнее, Жень. Я люблю пожестче. — расслабленно мурлычет Роман Петрович.
Бью вениками сильнее.
— Женя, ты меня гладишь. Посильнее.
Меня злит, что я и так бью со всей силы, а ему все мало.
— Женя, ты в детстве ела мало каши. — комментирует мои старания начальник.
Не выдержав, хватаю веники двумя руками и с размаху бью его по ягодицам.
— Ай! — вскрикивает босс, подскакивая и моментально запахивая полотенце на бёдрах. — Ну ты даёшь, Смирнова!
— Что такое? — довольно ухмыляюсь.
— Эй, что вы делаете?! — визжу, но он не отвечает, только хохочет, вытаскивая меня на улицу. Брыкаюсь.
Секунда — и мы уже падаем в сугроб.
Падаем вместе, потому что я, догадавшись о его намерениях, вцепилась мертвой хваткой в его влажное от пота тело.
Сугроб глубокий и мы будто тонем в нем. Задыхаюсь от обжигающих ощущений. Все тело будто звенит от разницы температур.
Вдруг чувствую, как что-то твердое упирается мне в бедро. И я не думаю, что Роман Петрович по пути захватил с собой какую-то дубинку.
