Но я не могу уйти. Глаза горят свечей чужой амбиции и власти. Альбатрос голоса, как у котенка мурчит. Меня называют так, будто наше общение - это всего лишь небольшое приключение в мире несбыточной любви. Держись, Лада. Просто держись.
Не дай Бог, что-то скажут ей, суки! Всех размотаю, с волчьим билетом, нигде больше работать не смогут!
От Эвы пахнет земляникой, она скромно улыбается, краснеет. Укладывает ладошки мне на плечи и подставляет щёчки для поцелуев. Вот именно в этом случае мне очень нравится мода приветствовать девушек поцелуями.
Она отводит меня в сторону от входа, чтобы сказать нечто важное, потому что глаза восхищённо горят, сама вдохновенная и порхающая.
– Пётр Григорьевич, мне столько писем пришло! Я всем отвечаю, что вы хотите остаться инкогнито.
– Эва, ты обещала, – смотрю строго, хмурю брови, но не могу сдержать улыбки. Достаю из внутреннего кармана пиджака документы, из-за которых и пришлось сорваться от Лады сегодня.
У благотворительных фондов отчётность упрощённая, у нас же в фирме всё строго. Поэтому документы передаю лично в руки прекрасной, доброй души девушке.
– Все хотят знать, кто так поддерживает фонд!
– Эва!
– Ну, ладно.
Мне не нужна лишняя шумиха и тем более слава. Я просто обязан жертвовать в этот фонд, помогающий сотрудникам МЧС пострадавшим при исполнении служебного долга.
Я с вами, ребята! Я вас понимаю и поддерживаю. Я пережил такое, что до сих пор содрогаюсь. Но у меня был отец, который оплатил лечение. И дико корёжит мысль, что кто-то из парней, вытаскивающих людей из пожара, рискующих своей жизнью, не может восстановиться, потому что тупо нет денег.
Нет, я не считаю себя героем. Скорее наоборот. Часто ругаю за то, что не хватило сил отказаться от отцовских денег и вернуться обратно в пожарные. Психологический барьер, рыдающая мать, настаивающий на своём отец. И лукавить себе не буду, лёгкая жизнь. Да, бизнес изматывает, но отдачи в виде душевного спокойствия не получаешь, как на опасной работе.
Моя зарплата, процент, который я выплачиваю со своего дохода в фонд помощи, всего лишь песчинка на фоне морского берега реальных подвигов.
А на ваши письма ответит Эва, она у меня умница.
Я беру её за плечи и целую в лоб.
– Не заглянешь к нам?
– Нет-нет, мне надо идти, – испуганно смотрит девушка и натягивает улыбку.
– Беги, – тихо усмехаюсь, отпуская эту птичку.
С фондом разобрался, по-деловому застёгиваю все пуговицы на пиджаке.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
