Но я не могу уйти. Глаза горят свечей чужой амбиции и власти. Альбатрос голоса, как у котенка мурчит. Меня называют так, будто наше общение - это всего лишь небольшое приключение в мире несбыточной любви. Держись, Лада. Просто держись.
– Зачем нам тележка, когда у нас есть тренер, – говорю с вызовом подошедшему Вадиму Глебовичу.
– Действительно, – хмурится тренер, жмёт руку моему сыну, как равному, и неожиданно с невероятной лёгкостью подхватывает Иришку, которая в панике распахивает глаза а потом настороженно замирает в сильных руках, прижав к себе кулачки. Точнее кулак один, второй не получается из-за повреждённых пальцев.
Есть в этом что-то древнее, первобытное. Смотреть, как сильный мужчина так легко несёт женщину на руках.
Ну, или чувствовать.
Идём по парку. Молчим.
– Лада Леонидовна, там у меня в заднем кармане ключ от машины, будьте любезны, возьмите.
Машина у нашего тренера неожиданно дорогая – Лэнд Крузер последней модели. Чёрного цвета, тонированные стёкла, сидения настолько удобные, что чувствуешь себя, как на приёме у стоматолога.
Вроде всё есть, чтобы расслабиться и даже прилечь, а страшно, сука, до дрожи в зубах.
Вадим как-то резко перестаёт нравится.
А все потому, что у тренера в детской спортивной школе не может быть такой машины.
Кофточку застёгиваю на все пуговицы до шеи. Платье это выкину. Хватит мне кавалеров ловить.
Разговаривает в машине только Богдан, его поддерживает раненая Иришка. Сидят на заднем сидении и страдают на пару, боятся осмотра врача.
Травмпункт встречает очередью. Половина ремонта со времён Великой Октябрьской, другую только в этом году начали ремонтировать. Сидим в половине, где отголоски прошлого падают старой побелкой прямо на голову.
В Москве , в платном травмпункте, все по-другому, конечно.
Удивительно, что при воспоминании ничего не дергается. А ведь это, можно сказать, одна из причин, почему я решила поступить дальше так… Как решила.
Наложение прежних эмоций, переживаний, опыта первой любви, первого секса… И Петр, несущий меня на руках. Как тогда, из горящего дома…"
"Так было раньше.
А теперь Петр у меня прочно ассоциируется с маленькими девочками со школьными портфелями, которых ему стыдно на фуршет таскать.
– Мне самому надо в аптеку заехать, я подкину и до дома. Не против, Лада Леонидовна? – спрашивает Вадим.
Иришка с гипсом на руке даёт мне свои документы. Небольшой перелом. Снимать гипс будут через неделю. Но скорей всего, просто новый положат.
– Работу потеряю, – шепчет бледная Ириска.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
