Отмороженную голову Варвара обернула полотенцем.
Она закрыла глаза, стараясь не ворошить прошлое. Хорошо помнила, как взлетел фонтан карт, дальше память была в дырках не лучше старой тряпки. Варвара не была уверена, случилось что-то на самом деле или показалось. Она не помнила, как вышла из театра, куда делся капитан Половец, предлагал он подвезти ее до дома или нет. Чуть не попала под колеса машины, или ничего не было. Спас ее Масарский, или показалось. Варвара твердо помнила, как открыла дверь, упала на диван – и тут начался трезвон. В одном она не сомневалась: телефонный разговор с гадалкой был. Во входящих остался неопределившийся номер. Только вызов по нему не проходил. Зато в ушах у нее по-прежнему звенело. Вино разбавили какой-то гадостью, которая сворачивает мозги. Даже крепкий Половец еле держался. Так просто и нагло отравить – выставить велком-дринк! Варвара повторила страшную клятву: не пить белого вина никогда. То есть весь ближайший год.
Голова согрелась, уши горели, будто ее поминали недобрым словом. Варвара скинула полотенце и предупредила звон, что пощады не будет. Звон помалкивал. Наверное, обиделся. Она прошла на кухню, не дрогнув, вылила остывший чай и заварила свежий такой крепости, какую одобрил бы опытный зэк. Еще не чифирь, но нечто близкое. Варвара заставила себя проглотить три чашки ядовитой горечи и ощутила внутри пустоту, набитую усталостью. Добралась до дивана, легла и провалилась куда-то, где не было ничего. Даже пустоты.
Варвара вскочила. Показалось, что опять звонит. Было тихо. Подлый звон помалкивал. На удивление голова стала ясной. За окном рассвело, часы на смартфоне показывали семь утра. Она поняла, что не заснет. Встав с дивана, Варвара сняла с полки несколько жанровых фигурок гарднеровского фарфора, фамильное наследство, положила на стол чистый лист бумаги, а по краям поставила раскрытые книжки. Получилось подобие сцены с кулисами. Мозги замутили и заморозили, сейчас они не готовы были показывать театр разума. Фарфоровые фигурки помогут.
Пастушку в зеленой тужурке Варвара дала роль гадалки Эстель. Мужичка в красной поддевке назначила играть Торчак. Она уложила голову на руки, чтобы видеть сцену, будто из зрительного зала.
На сцену вышел пастушок. Дредов у него не было, но это неважно. У другой кулисы встал мужичок. Между ними было расстояние листа. Спектакль начался. Пастушок медленно двинулся к фарфоровому партнеру по сцене.
Гадалка Эстель пришла в театр взять платья из «Макбета». Почему? Потому что Торчак ей доверяла. Почему сама не взяла у тети Нюси? Или времени не было, или…
Пастушок замер у нее в руке.
…Или это гадалка предложила свои услуги Торчак. Ей нужно было забрать платья самой.