Автор
Когда ты самурай, мир кажется подвластным твоим ударам. День был солнечным и теплым, но даже лучи залива заката не могли согреть сердце непослушного кролика, которого я преследовала уже две недели. В лесах он становился всё более редким гостьем, но меня это не останавливало — я хотела найти его логово и выяснить все тайны этой самобытной птицы....
Принцесса взяла меня под руку и увлекла к лестнице. В одном из коридоров висело зеркало в пол, и я наконец смогла себя увидеть. Даже резко остановилась, из-за чего её высочество сбилась с шага и тоже взглянула в зеркало. Сейчас там отражались две девушки. Но если в красоте принцессы я могла убедиться при первом взгляде, то себя рассматривала будто впервые. Как много зависит от цвета волос…
Теперь в зеркале отражалась настоящая я. Больше не было бледной тени моей сестры. Тяжёлые фиолетовые волосы крупными локонами спускались на плечи, обрамляя лицо и придавая светло-голубым глазам сиреневый оттенок — магический, необычный.
— Не понимаю, зачем ты их красила, — с улыбкой произнесла принцесса. — Твой натуральный цвет — невероятен…
— Как и ваш, ваше высочество — моргнув, заметила я и обернулась к принцессе. — Очень красивый.
— Семейная черта, — фыркнула девушка и повела меня дальше. — И обращайся ко мне без официоза, когда мы наедине — Аэнрика или просто Рика.
В силу возраста её мимика была живой и непосредственной, словно девушка ещё не так часто бывала в обществе, чтобы постоянно держать себя в руках.
Вскоре мы подошли к двухстворчатой двери с позолотой. Я успела сделать лишь один глубокий вдох перед тем, как лакеи открыли двери, и я оказалась в антикамере под несколькими заинтересованными взглядами и главное — под одним, который волновал меня особенно.
Сердце пропустило удар, но я нашла в себе силы сделать шаг.
— Ты прекрасна, — прокомментировал он и бросил взор на сестру. — Ты вернула истинный цвет?
— Наслаждайся, — подмигнула Аэнрика и отступила в сторону, не желая мешать нам.
Яр так близко, и от можжевелового запаха кружится голова.
Понять бы свои чувства…
Данияр был одет в кремовый камзол, расшитый золотой нитью, идеально подчёркивающий широкие плечи и узкую талию, и в светлые брюки с лампасами — модный фасон.
