Неужели боишься? — Важный вопрос для молодого дракона, который начинает задумываться о традициях своего народа. Прямо противоположные мнения разделяют два близнеца: старый вор и его сын, решившийся задумать что-то новое. Уровень напряжения растет как на ладони, ощущается не просто грозная атмосфера дракона, но и внутренняя борьба молодого члена племени....
— А мы, драконы, будем жить и радоваться, — добавил Итар. — Под руководством самого сильного и справедливого правителя.
— А ты уверен, что падшие смогут усилить твой Дар Власти? Это вообще осуществимо?
По лицу снежного пробежала тень, но тут же исчезла, сменившись ленивой уверенностью. На меня опять посмотрели как на этакого червяка, только я не расстроилась и не растерялась:
— Так чем же я помешала?
Собеседник злобно сощурился. Выдержал паузу, а потом…
— У меня был план. Подобраться к Владыке, напоить «Драконьей смертью» и вызвать падших.
Невольно представилась бледная Итарисса, очаровывающая Дарнаэша, и это вызвало волну недоумения. В моём воображении Дарн Итариссой не очаровывался категорически. Вот просто никак.
— Итарисса? — переспросила я.
Дракон поморщился.
— Пия с её наглостью — всего лишь пропуск. Итарисса бы примелькалась за её счёт, а потом… Пия заболела бы на какое-то время. Исчезла с горизонта, открывая дорогу.
Меня, конечно, не спрашивали, но я сказала:
— Дурацкий план. Ничего бы не получилось.
— Да что ты понимаешь в планах! — разозлился Итар.
Я пожала плечами — спорить не собиралась, и собеседник смягчился.
— В любом случае, до этой части плана даже не дошло, — сказал он.
Да, это мы уже слышали.
— Какой?
— По договору я должен отдать падшим камень силы, — напомнил Итар, — потому что это единственное достойное оружие. На тот момент у нас был лишь один камень, а теперь… Знаешь, Дарнаэш приказал не распространяться про главный камень, как и про храм, но то, что известно многим, рано или поздно начинает просачиваться.
— В каком смысле? — не поняла я.
— Я интересовался всем, что хоть как-то связано с Дарнаэшем. Поэтому мне хорошо знакома история его предка, и я видел портрет Отступницы. После её предательства портреты были уничтожены, но кое-что осталось. В закрытых хранилищах кланов.
