Неужели боишься? — Важный вопрос для молодого дракона, который начинает задумываться о традициях своего народа. Прямо противоположные мнения разделяют два близнеца: старый вор и его сын, решившийся задумать что-то новое. Уровень напряжения растет как на ладони, ощущается не просто грозная атмосфера дракона, но и внутренняя борьба молодого члена племени....
А всего нас получилось тринадцать, и это проясняло масштабы драконьего воровства.
Хищная улыбка, и я поспешила взять ситуацию в свои руки!
— Девочки, может быть соку? — спросила у товарок по несчастью, ловко перегибаясь через стол.
Девы вздрогнули и не ответили. Пришлось взять кувшин и лично наполнить ближайшие стаканы. Дальше я не дотягивалась, а вставать не хотелось. В итоге рявкнула на ту, что как раз повернулась ко мне:
— А ну наливай!
Девушка опять-таки вздрогнула, но подчинилась.
Потом мы выпили — причём не чокаясь, что было в какой-то степени символично, — и я спросила, обращаясь ко всем:
— Голодные?
Девы глянули затравленно. Была вероятность, что их, как и меня, закармливали, поэтому приказывать я не стала, ограничилась пожеланием:
— Если голодные, то ешьте.
Группа драконьих трофеев сразу потянулась к сладким булкам, которыми был завален наш стол, а я…
Только сейчас обратила внимание на то, чем кормят похищенных, и перевела взгляд на столы, за которыми сидели драконы.
И мясо, включая запечённых поросят, и дичь, включая фаршированных куропаток, и рыба, и салаты, и икра — кстати, последняя в поразительных количествах. Тазиками!
Добавить сюда вино, в то время как нам предлагали только ягодный сок, и… в общем, я снова отвернулась. Понимаю, что они высшая раса, но быть такими — просто фу.
Честно съеденный мною пирожок, попытка расслабиться, и тут опять начались разговоры. Драконы говорили о своём, и я даже не пыталась прислушиваться — собиралась тихонько отсидеть положенное время, а когда отправят обратно в комнату, дописать отчёт, внести в него этот пир.
Но с какого-то момента не прислушиваться стало невозможно, потому что тема свернула к похищениям. «Старички» принялись вспоминать своё прошлое, а юнцы в лице Криштоша и его товарищей гордо вещали о последних событиях — то есть о том, как похищали непосредственно нас.
— Моя так визжала, — заявил парень в ярко-синем камзоле, — что у меня чуть ушные перепонки не лопнули. И это в первой-то ипостаси!
— А моя дрыгалась, — с хохотом вставил другой. — Клянусь, чуть не уронил!
— А я свою ронял, — притворно погрустнел третий, а девица, сидевшая рядом со мной, нервно подпрыгнула.
