Неужели боишься? — Важный вопрос для молодого дракона, который начинает задумываться о традициях своего народа. Прямо противоположные мнения разделяют два близнеца: старый вор и его сын, решившийся задумать что-то новое. Уровень напряжения растет как на ладони, ощущается не просто грозная атмосфера дракона, но и внутренняя борьба молодого члена племени....
Увидав нас, все заметно напряглись, но…
Пауза, и Теймиз раздражённо махнул сыну — мол, веди свою человечку, не задерживайся! После этого мы продолжили движение к телепортационному средству, причём Криштош ускорился, явно желая поскорее покинуть зал.
Я, понятное дело, бегом за ним, но где-то на середине пути воспитание взыграло. Я притормозила, чтобы… нет, реверанс тут был неуместен, я ж деревенская!
— Владыка! — воскликнула, обращаясь к главному. А когда повернулся, добавила: — Доброго вам утречка!
Дарнаэш застыл.
— И вам, господин Теймиз, — продолжила демонстрацию вежливости я. — И утречка! И здоровьечка! И счастливо вам тут оставаться!
Последнее, учитывая мой донос, конечно было ехидством, однако хозяин замка подвоха не уловил. Он тоже застыл, а ещё глаза выпучил, и реакция выглядела странной, но не шла ни в какое сравнение с вопросом, который задал Криштош:
— А меня как зовут? — похититель тоже притормозил и теперь стоял столь же ошарашенный.
В эту секунду я осознала нечто крайне неприятное…
Получается, я должна быть без памяти? Уже? Но мне думалось, памяти будут лишать непосредственно перед полётом, и даже мысли не возникло что…
— Мм-м… — протянула я, хлопнув ресницами и торопливо цепляя на лицо отрешённо-туповатое выражение.
Игра была идеальной! И даже обоснование для предыдущего «проблеска» имелось — остаточное фантомное воспоминание, которое ещё сохранилось где-то в глубинах памяти, но разумом уже не осознаётся.
Только это всё не помогло.
— Она притворяется, — безапелляционно сказал один из сопровождавших Владыку мужчин. Высокий, светловолосый и чересчур серьёзный.
— Думаешь? — уточнил Дарнаэш, хотя прозвучало так, будто главный и сам не сомневается.
— Убеждён.
Очень хотелось застонать… А ещё возникло острое желание продолжить игру в надежде продавить это недоверие ящеров. Но я слишком ясно поняла, что не справлюсь. Моя игра превратится в фарс, и лучше от этого не станет никому.
Поэтому я шумно вздохнула и жалобно улыбнулась — мол, упс, простите, не виновата.
Но меня, как выяснилось, и не винили.
— Теймиз? — позвал Дарнаэш требовательно. В этот раз хозяин замка позеленел."
"Он бросил исполненный ненависти взгляд на меня и принялся торопливо объяснять:
— Владыка, я не понимаю. Мы сделали всё как полагается, всё как обычно. Начали давать зелье забвения сразу, как только она появилась.
