Неужели боишься? — Важный вопрос для молодого дракона, который начинает задумываться о традициях своего народа. Прямо противоположные мнения разделяют два близнеца: старый вор и его сын, решившийся задумать что-то новое. Уровень напряжения растет как на ладони, ощущается не просто грозная атмосфера дракона, но и внутренняя борьба молодого члена племени....
Правда ещё и тазик икры с собой прихватила — ну а что? А почему нет?
Во-первых, икра оказалась слишком вкусной, засоленной по какому-то особому рецепту. Во-вторых, учитывая жадность драконов, вдруг это первое и последнее такое угощение?
Ну и третье — деревенщина я или кто?
Вот я и шла, на ходу подъедая из тазика ложкой. А потом…
Теймиз остановился возле какой-то подозрительной двери. Она была настолько красивой, что я решила — привёл в очередной официальный, заставленный дорогущей мебелью кабинет.
Но стоило двери открыться, у одной пленницы глаза на лоб полезли, а тот самый тазик чуть из рук не выпал.
Я ошарашено повернулась к пузатому, а тот заявил:
— Располагайся. Тут тебе будет удобнее."
"И опять — никакой злости! Даже наоборот. Словно Теймиз всю свою чешуйчатую жизнь мечтал заниматься переселением человечек и заботой о них.
Вот теперь я всё-таки напряглась, и дракон заметил.
— Что-то не нравится?
— Тут какой-то подвох? — не смогла промолчать я.
Хозяин замка вздёрнул нос, словно собираясь с силами, а потом прозвучало:
— Вовсе нет.
— Распоряжение Владыки? — кому как, а лично мне очень хотелось ясности.
— Да, — после паузы признался Теймиз. — Почти.
— А «почти» — это как?
Вот теперь недовольство одержало верх над вежливостью, но вспышка гнева продлилась недолго.
— Владыка хочет, чтобы ты была жива и здорова, и я намерен сделать для этого всё!
Мм-м… То есть Теймиз пытается искупить вину за покушение? Серьёзно?
— Моральное здоровье тоже имеет значение, — буркнул Теймиз. — Поэтому будь добра… располагайся и живи! — последние слова прозвучали как приказ.
Нет, радости от того, что задержусь на территории Изумрудных толстяк не испытывал, но с ситуацией, кажется, смирился. Я не стала над ним подтрунивать, злорадство — удел мелочных людей.
Но раз уж зашла речь о моральном здоровье…
— Сменную одежду тоже дадите? — просто ходить в одном и том же, чувствуя себя нищенкой, надоело. Да и неудобно это, даже с учётом бытовых постирочных заклинаний.
— Дадим, — буркнул толстяк. — Ещё лекаря пригласим, чтобы засвидетельствовал твоё состояние. На случай каких-то ранее приобретённых болезней. Чтобы не поумерла ненароком… пока ты здесь.
У меня аж рот от такого признания приоткрылся.
