Автор
Ярослава привыкла к темноте, но сейчас без света ей становится не по себе. В комнате, куда ее переместили недавно, нет ни ночника, ни окна. Она чувствует себя словно в глубоком подвале — беспроигрышный убежище в мире кошмаров и тьмы.
И если бы Лена не взяла на себя ответственность просветить Яру, я сам никогда бы этого не сделал.
- Что значит «нахуя»?! - взвивается она, - Ты требовал от меня доверия, не так ли?
- Ты не доверяла.
- А ты сам?... - выкрикивает, тыча в меня указательным пальцем, - Ты сам доверял?! Нет! Знали все, кроме меня!
- Ты ненормальная?! - усмехаюсь в шоке, - При чём тут доверие? Я не хотел для тебя этого дерьма!
- Серьезно?! Почему ты решаешь, должна я знать или нет?! Это мой отец, а не твой!
- И моя мать!
- При чем здесь это, Адам?! Ты же видел, как я волновалась за отца! Видел и молчал! - все повышает и повышает голос, - Ты сам позволил мне верить им!
- Они твои родители!
- А ты мой муж! Был!.
Отворачивается и проводит рукой по лицу. У меня кровь в ушах шумит.
- В общем... - продолжает уже гораздо тише и спокойнее, - Соглашения, которые передал сегодня твой адвокат, я все подпишу. Никаких претензий у меня нет и не будет.
Я тяжело сглатываю. Давление внутри черепной коробки продолжает расти.
- Что думаешь делать потом?
- Уеду.
- Куда?
- Какая разница? Подальше отсюда, - шепчет еле слышно, а потом возвращает взгляд к моему лицу, - Собаки закрыты? Мне пора.
Глава 54
Ярослава
Внутри опустошение и до сих пор продолжающиеся непроизвольные спазмы мышц - последствия пережитого приступа.
Выхожу на улицу, останавливаюсь на террасе.
- Их закрыли? - спрашиваю, имея в виду собак.
- Да, - негромко отвечает Литовский.
Кивнув, я спускаюсь с крыльца и торопливо семеню к выходу.
Спину и поясницу под взглядом Адама невыносимо жжёт, но я иду, не оборачиваясь.
Разлившееся вдоль рёбер едкое разочарование наполняет рот горечью. Мне так плохо!
Молча шмыгнув мимо будки охраны, я ступаю за пределы территории Литовского и вдруг слышу громогласный рык:
- Яра, стоять!
Вжав голову в плечи, опрометью несусь к своей машине. Запрыгиваю в нее и тут же завожу мотор.
- Хрен тебе, Литовский! Понял?... Хрен тебе!!!
Врубаю свет и, сдав назад, резко выруливаю на дорогу.
Грудь разрывают рыдания и истеричный смех.
Я лечу по прямой и начинаю сигналить за двести метров до шлагбаума. Странно, но он тут же начинает подниматься. Пролетаю под ним, проезжаю участок дороги до трассы и вдруг вижу в зеркале заднего вида голубоватый свет ксенона.
- Черт!...
