Автор
В глубине души каждый задумывается о том, существует ли настоящая дружба между мужчиной и женщиной. Встреча в зеленых глазах родственника моментально застывает время, словно песчаная буря разрывает мир на части. Но не все так однозначно: есть скрытые очаги тепла и взаимопонимания.
Долгих выдохнул, поднял голову и уставился на спрятавшийся в листве фонарь.
– Спокойной ночи, Паша! – улыбнувшись, сказала Поля. Порывисто обняла парня.
– Спокойной ночи, – уткнувшись в макушку подруги, улыбнулся в ответ Долгих. Выпускать девушку из объятий совсем не хотелось.
– Спишемся, – первой отстранилась Полина, – пока!
Перед тем как скрыться за калиткой, Поля помахала рукой. Оставшись один, Паша еще некоторое время постоял напротив ворот, держа руки в карманах. Парень продолжал улыбаться. Как его снова угораздило влипнуть? Думал, что эта школьная симпатия давно похоронена под толщей подростковых комплексов и недосказанности. Это же Ковалева – Жан-Поль, Полли – лучший друг. Но почему, как только Полина дала зеленый свет, тут же ее близкое присутствие снова начало волновать? Все дремавшие чувства обострились так внезапно и так остро… Будто долгое время тяга к этой девушке томилась, а теперь скопившаяся за годы нежность готова вырваться наружу.
И если Полина снова даст заднюю… Но о плохом почему-то не думалось. Вместе с яркими звездами над головой счастливо закружился весь мир.
Паша, насвистывая веселую мелодию, снова направился в сторону шумных оживленных улиц. Он прошел мимо нескольких открытых террас «поплавков», откуда доносились живая музыка и звон столовых приборов, миновал аллею подстриженных акаций… Долгих уверенно шагал вперед, задумавшись о своих чувствах к подруге. Он так и не заметил, что весь путь от дома Полины до набережной за ним пристально наблюдала пара глаз.
* * *Загрузив несколько ящиков с фруктами в машину, мама захлопнула багажник. Я, прислонившись к капоту, лениво жевала персик.
– Поля, ты, конечно, вырядилась на рынок, – покачала головой мама, – как на подиум!
– Спасибо, ма, – пробормотала я, оглядывая свой светлый сарафан. – Но вроде ничего такого. Ему уже третье лето.
– Ладно, если что, фартук тебе выдам, – сказала мама. – Залезай в машину! Дрыхнешь почти до обеда.
– Мама, еще даже восьми нет! Рынок в девять открывается.
– Пока товар разложим на прилавке, пока то, пока се… Не жуйся! Садись!"
"Мама поморщилась и замахала рукой, поторапливая меня. Я тяжело вздохнула и, запустив косточку от персика в кусты, выполнила просьбу – уселась в машину, громко хлопнув дверью.
– Вышло нечаянно! – в свое оправдание сразу завопила я. Потому как мама начнет…
– Как же! Нечаянно. Не с той ноги встала…
Я пристегнулась и откинулась на спинку кресла. Приготовилась к традиционной лекции.
